Влюбить на спор

Кладу телефон на торпеду, задерживаясь взглядом на уведомлении, пришедшем в Директ. Конечно, подписчики ждут подробностей. Время поджимает, страсти накаляются, но нет сил ничего писать, а тем более записывать видео. Все завтра. Утро вечера, как говорят в сказках, мудренее - проверим. Сейчас я сердита и раздражена настолько, что хочется вопить, словно сирена. Думаю, такое видео может понравиться только Милане.

Глава 8

Утро действительно мудренее вечера. Злость на Кречетова растворилась вместе с сумраком белой ночи, оставив лишь горечь от неприятного инцидента, но надо отдать должное, что мое вторжение могло закончиться гораздо более плачевно, чем выплеснутая эмоция и грозное предупреждение парня.

Проснувшись в своем шелковом раю, я тянусь и про себя отмечаю, что теперь точно знаю: я живу именно в раю. Все познается и оценивается только в сравнении, и вчера у меня была такая возможность. Но, несмотря на подушку безопасности, с рождения так заботливо приготовленную судьбой, есть один нюанс, который не выходит из головы.

В моей жизни всегда было все самое дорогое и лучшее в материальном смысле этого значения, но в мире существует то, что бесценно и эксклюзивно, то, что нельзя

купить даже за бешеные деньги - любовь и внимание своей семьи. А вот с этим все было проблематично, хоть так и не казалось со стороны. Однако по факту я получала крупицы того, что необходимо любому ребенку.

Мою маму всегда интересовала только она сама, правильный образ жизни и ее салон. Нет, конечно, мама любила нас, но какой-то своей странной любовью, как вещи из лимитированной коллекции, которые еле удалось урвать и которые нравились только потому, что ценились другими.

Мы никогда не были близки, никогда не откровенничали. Она растила нас с сестрой своими клонами, вбивая в голову, возможно, правильные и полезные вещи, но не давая больше ничего.

Отец девяносто процентов своего времени проводил на работе, а оставшиеся десять занимался чем угодно - только не нами. Мы были куклами, в которых усердно вкладывали знания репетиторы, которых наряжали и показывали гостям и на которых, возможно, рассчитывали в будущем заработать (в случае успешного замужества и слияния активов). Да и мы с Никой назывались сестрами только по документам и не испытывали по большому счету друг к другу ничего. Единственным исключением был Виктор, но он очень рано покинул наше распальцованное семейство, и я лишилась той немногой любви, что у меня была. Возможно, в этом и скрывается причина моего патологического желания всем нравиться. Я каждый раз словно доказывала себе и другим, что я достойна быть любимой.

А вчера, проведя всего один вечер с семьей Кречетова, я увидела пропасть между нами и не только в материальном плане, но и в духовном.