Во власти мажора

– Дядя, – набрал я в грудь воздуха и выпалил: – Я хочу жениться на Мадине вместо тебя.

Он стоял и просто моргал, и стало ясно, что смысл фразы до него не дошел.

– В смысле жениться на Мадине? На моей невесте? Это шутка?

– Мы с ней встречаемся, просто поссорились, – повторил я то же, что и Омару десять минут назад.

Дядя Мурад выгнул брови и смотрел на меня в шоке."

"– Так-так-так, подожди, а не ты ли мне говорил в тот вечер в ресторане, что Мадина тупая и с ней я умру со скуки? Ах ты, жук! – рассмеялся он и погрозил мне пальцем. – Ты так пытался ее от меня отвадить?

– Не мог же я выдать, что мы встречаемся, у девушки строгий отец, – импровизировал я на ходу.

– Что правда, то правда. С отцом ей не повезло. Продает дочку как барашка, ему не важно, за кого замуж ее выдать, лишь бы выгодно. Ну а ты, Рат? Неужели влюбился? – спросил он с пристрастием.

– Какое влюбился? Просто решил, что надо жениться.

– Ратмир, что ты мне голову морочишь? – рассердился он. – Просишь меня отказаться от Мадины ради тебя, а ты «просто жениться решил». Просто, – передразнил он меня. – Раз просто, то поди найди себе любую другую девушку.

– Мне нужна Мадина, – набычился я, сжимая кулаки.

– Так имей смелость сказать это. И ей тоже. Она, как я понимаю, ни сном ни духом? Сам придумал, сам решил? С таким раскладом далеко не уедешь, племянничек.

Подойдя ко мне близко, он вгляделся мне прямо в глаза.

– Если девушка будет против, ты не станешь ее заставлять.

– Она ничего не решает. Ее отец уже определился, что выдаст ее замуж так или иначе, так какая разница?

– Перестань, Рат, – поморщился он, – перестань делать вид, что тебе на всё плевать. Я никогда тебя не видел таким, как сейчас. Ты влюблен, мальчик, только пока этого не понимаешь.

– Давно ты стал знатоком любви, дядя? – пытался я обернуть всё в шутку, но он лишь положил ладонь мне на плечо и крепко сжал пальцы.

– Я свое условие сказал. Если невеста согласится, то я дам добро. Теперь твой ход. Не подведи, Ратмир.

Мадина

– Что происходит? – с удивлением спросила я, когда поняла, что Мурад не спешит объявлять о нашей помолвке, хотя объявление должно было быть сделано еще в начале вечера.

– Не знаю, твой отец уже полчаса как закрылся в кабинете с Хасаном, – сказала мама, переполненная любопытством. Пользуясь тем, что ей нет особого до меня дела, я ускользнула на террасу, решив передохнуть пару минут. Глупый мажор и его слова всё еще крутились в голове, и я никак не могла забыть его взгляда, проникшего, казалось, прямо мне в душу. Глупое сердце вопреки разуму хотело его.

Он словно взял меня в плен и не отпускал.

– Думаешь обо мне? – раздалось внезапно, заставив меня вздрогнуть.

– Уходи! – в панике огляделась я на двери, ведущие на террасу, плотно прикрытые им.