Одна тень на двоих
Когда Данилов приехал РґРѕРјРѕР№, его жена уже умерла… Гаишник, задержавший Данилова на дороге, «спас» его РѕС' тюрьмы, создав неопровержимое алиби. Однако несчастья продолжали подстерегать архитектора. Обезображен РѕСЃРѕР±няк, который Данилов РІРѕС'-РІРѕС' должен был сдать богатому заказчику, в офисе СѓР±РёС' сотрудник его фирмы. Кто-то упорно хочет бросить тень на несостоявшегося музыканта, сына известных родителей, который не оправдал РёС… надежд, а потому презираем… Но Данилов так никогда Р±С‹ и не принял этот вызов, если Р±С‹ СЂСЏРґРѕРј не оказалась Марта — женщина, которая любила его всю жизнь. Р
— Я сам их боюсь, — пробормотал Данилов и улыбнулся в ее серые глаза. — Как ты себя чувствуешь?
— Я чувствую себя жирной коровой, — пожаловалась Марта. — Почему-то мне кажется, что мне малы все брюки. Может, я просто так растолстела, а ребенок тут ни при чем? Ему еще рано расти! Его еще не должно быть видно. Ты что? Смеешься?
— Я не смеюсь, — возразил Данилов. Удивительно, как быстро в ее присутствии жизнь становилась похожей на нормальную, человеческую. — Вон там Знаменская выступает, слышишь? Пойдем, я тебя с ней познакомлю, и она тебя устроит рожать в ЦКБ. Бесплатно, раз уж ты не хочешь взять у меня деньги."
"— Мне не надо в ЦКБ. Мне надо в районный роддом. Только кретины платят деньги за понты и блатных врачей, которые ничего не могут.
— За какие понты? — не понял Данилов.
— За фикус в коридоре и турецкий ковер на лестнице. Данилов, ты что? Тупой? Мне нужен нормальный, опытный, практикующий врач, у которого каждый день кто-нибудь рожает. — Марта быстро посмотрела по сторонам, не слышит ли кто, о чем они говорят. — Я и без фикуса обойдусь, мне лишь бы ребенка не уморили, а этих, которые в ЦКБ и у которых три богатых клиента в месяц, мне не надо, боже избави! Ты что? Не слушаешь?
Конечно, он не слушал. Он смотрел на нее — и не слушал.
Как бы ему заманить ее ночевать? Пообещать, что все расскажет, но только дома?
— Данилов, что ты молчишь?
— Ты собиралась уезжать?
— Я думала, что тебя нет, — призналась Марта, — и никак не могла понять, зачем же я-то приперлась!
— Подожди меня минут пятнадцать. Сейчас начнется торжественная часть, и можно будет незаметно уехать. Ты собираешься вернуться в Кратово или… останешься? — Ему показалось, что вопрос прозвучал как-то на редкость пошло, оскорбительно даже.
— А Лида? — спросила Марта. — Она не обидится?
— Нет, — сказал Данилов довольно сердито, — собственно говоря, это совсем не твое дело. С Лидой я сам все улажу.
— Тогда останусь, — решила Марта.
Разве она могла уехать, когда он сказал — оставайся?!
— Через пятнадцать минут. Постарайся никуда не исчезать. Если хочешь, можешь уехать прямо сейчас, у тебя же есть ключи. А я подъеду.
— Данилов, — спросила Марта язвительно, — с чего ты взял, что я хочу немедленно мчаться в твою квартиру? Может, я хочу побыть на приеме, в обществе приятных и умных людей? Может, я хочу съесть немного холодных устриц или что предполагается на фуршете? Может, я хочу провести вечер здесь, а не возле твоей посудомоечной машины?
— Здесь? — беспомощно переспросил Данилов. — Ну… давай проведем вечер здесь.
— Ты тут совсем ни при чем, — наслаждаясь игрой, продолжала Марта, — ты должен проводить вечер со своей Лидой, а не со мной.
Он посмотрел ей в лицо и понял, что это игра. Просто такая игра. От сердца отлегло, а он уж перепугался было.














