Одна тень на двоих

 — Удружила мне женушка напоследок еще и ремонтом! Слушай, Данилов, может, ты пришлешь каких-нибудь своих гавриков, они мне доделают всю эту хреновину? Так жить невозможно, среди всего этого бардака!

— Нет, — быстро отказался Данилов, — у меня никаких гавриков нет. Мы не строительная фирма. Мы не занимаемся ремонтами.

— Конечно, куда вам! У вас предназначение высокое, не то что у некоторых! А стены красить-белить вам неинтересно. А может, у тебя знакомые есть? Которые ремонтами занимаются? Посватал бы по знакомству, чтобы не за бешеные бабки. А?

Черт его знает, вроде он не был законченным циником, этот самый Веник.

В институте хорошо учился и, когда выяснилось, что инженер — это дело гиблое и безнадежное и изменить в этом ничего нельзя, бомжом не стал, на биржу определился, навыки какие-то получил, в ценных бумагах научился разбираться. А вот к тому, что Данилов ему «по жизни должен», он очень быстро привык, и научился этим пользоваться, и пользовался постоянно и без зазрения совести.

Может, права Марта и нужно сказать однажды — все, хватит?

Говорить так уже поздно. Да и Марта знает только то, что сам Данилов рассказал ей.

"— Веник, я должен ехать. — Данилов протиснулся мимо хозяина в коридор и сунул руки в рукава дубленки, стараясь не задеть белые стены.

— Завтра в двенадцать я у тебя, — напомнил Веник, как будто он был проверяющим из налоговой полиции, — не забудь.

— Не забуду, — пообещал Данилов.

Он не стал ждать лифт, побежал пешком, все время повторяя номера телефонов из Вениковой записной книжки. У него была плохая память на телефоны и имена, он все время забывал их и путал и считал, что это от того, что в шестнадцать лет у него был нервный срыв.

Он вышел из подъезда и огляделся по сторонам, как шпион, проверяющий наличие слежки. Марта не могла приехать так рано. У него еще есть — он посмотрел на часы — минут двадцать.

Резкий звук близко ударил в уши, и Данилов сильно вздрогнул.

— Хэлло, — сказала Марта, до приезда которой, по даниловским подсчетам, оставалось еще двадцать минут, — ты меня не узнаешь?

— Откуда ты взялась?!

— Из Кратова.

— Я же тебе сказал, что через полтора часа!

— Данилов, ты неблагодарная скотина.

Данилов распахнул дверь и влез в высокую «Ниву».

— Спасибо, что приехала, — сказал он, усевшись, — мне нужно позвонить. У тебя есть ручка и бумага?

Он старательно записал телефоны, которые все время повторял про себя, и посмотрел на Марту.

Она была бледненькая, но веселая. Он тоже улыбнулся, просто потому, что ему нравилось, что она веселая.

— Я рад, что у тебя хорошее настроение.

— Отличное, — подтвердила Марта.