Одна тень на двоих
Когда Данилов приехал РґРѕРјРѕР№, его жена уже умерла… Гаишник, задержавший Данилова на дороге, «спас» его РѕС' тюрьмы, создав неопровержимое алиби. Однако несчастья продолжали подстерегать архитектора. Обезображен РѕСЃРѕР±няк, который Данилов РІРѕС'-РІРѕС' должен был сдать богатому заказчику, в офисе СѓР±РёС' сотрудник его фирмы. Кто-то упорно хочет бросить тень на несостоявшегося музыканта, сына известных родителей, который не оправдал РёС… надежд, а потому презираем… Но Данилов так никогда Р±С‹ и не принял этот вызов, если Р±С‹ СЂСЏРґРѕРј не оказалась Марта — женщина, которая любила его всю жизнь. Р
— Я встречался, — зачем-то признался Данилов, впервые в жизни подумав о Марте как о «девушке», — я все делал сразу — и встречался, и работал.
— Я! — объявила Знаменская. — Я всю жизнь все делала сразу — встречалась, работала, рожала, проверяла уроки, защищала диссертации, вытирала носы, мыла полы, ругалась с начальством, строила козни! И что из этого вышло?
— Что?
— Теперь все только и думают, как избавиться от полоумной старухи, то есть от меня. Вы первый, Андрюшик.
— Бросьте вы, Ариадна Филипповна, — сказал Данилов весело, — вы — национальная гордость и достопримечательность.
— Не врите, нехорошо.
— Прибедняться тоже нехорошо, — сообщил Данилов, — а вы почему-то сегодня прибедняетесь.
— У меня такая полоса! — объявила Знаменская. — Мало того, что я академик, доктор, лауреат, я теперь еще орденоносец. Ну? Дальше куда? Помирать?
— Пока подождите.
— Пока подожду, пожалуй. Знаете, утром после банкета, только я пристроилась к колбасе, как позвонил ученик, Вася Бестужев, из Кардиоцентра. У него на столе сложный случай, и какой красивый! Хотите, говорит, Ариадна Филипповна, поучаствовать? Хочу, говорю.
— Нет, — признался Данилов.
— Так я и знала! — воскликнула Знаменская. — Так и знала я, что с вами что-то не то. А! Вот. Тут написано, что в этом сезоне самыми модными считаются стеклянные колпаки и экраны. А внутренняя поверхность камина выглядит очень стильной, если она выложена из огнеупорных стеклянных кирпичей. Вы об этом осведомлены, Андрюшик?
— Да как вам сказать, — пробормотал Данилов.
— Давайте немедленно, немедленно, — вскричала Знаменская, — выложим что-нибудь стеклянным огнеупорным кирпичом! Согласны?
— Я согласен, Ариадна Филипповна, конечно, согласен. Только нужно сначала придумать — что.
— Как что! Камин! Я же предлагаю выложить камин. Живем один раз, так пусть хоть камин будет стеклянным!
— Я подумаю над этим.
— Ничего вы не станете думать, — заявила Знаменская, — ни одна моя идея не нашла одобрения в вашем ледяном сердце.














