Войны начинают неудачники

– О’кей, – поднял ладони капитан, – а мы?

– Вы прорываетесь по лестнице, – пожал плечами Сантьяга, – и ликвидируете охрану.

Чуд задрал голову:"

"– Двадцать пять этажей пешком?

– Мы вас подождем, – успокоил его комиссар. – Необходимо ударить одновременно, поэтому, как будете готовы, звоните.

– Понял.

Сантьяга оглянулся:

– А вот и последний штрих.

Союзники уставились на подъехавший «Круизер».

– Что это? – спросил Мечеслав.

– Не что, а кто, – поправил его нав, – мой друг.

Он крепко пожал руку вышедшему из джипа Кортесу.

– Вы привезли фотографа?

– Привез.

– Надеюсь, он жив? – нахмурился Сантьяга, озабоченно разглядывая полулежащего на заднем сиденье Юшлакова. – Мы договаривались, что вы не станете его убивать.

– Все в порядке, – заверил наемник, – он просто спит.

– Замечательно. Полиция за вами следила?

– От самого дома, – улыбнулся Кортес, – я от них не отрывался.

– Правильно. – Сантьяга внимательно посмотрел на человека. – Де Гир доставит фотографа наверх. Вы пойдете с ним?

Кортес задумчиво почесал кончик носа.

– Яна там?

– Там.

– Тогда пойду.

– Капитан, – Сантьяга повернулся к чуду, – позвольте вам представить моего друга Кортеса.

* * *Резиденция Вестника

Москва, улица Новый Арбат,

28 июля, среда, 11.15

– Чрезвычайное происшествие в Москве. Несколько минут назад неизвестный террорист сообщил по телефону о заложенной на Киевском вокзале бомбе огромной разрушительной силы. В настоящее время спецподразделение управления полиции оцепило вокзал и проверяет здание, включая содержимое всех ячеек камеры хранения…

Голос был тонкий и противный. Он визгливым сверлом проникал в мозг, причиняя почти физическую боль. Откуда взялся этот голос? Последнее, что помнил Артем, была Лана. Прекрасная, обворожительная Лана. Кажется, она дунула ему в лицо каким-то порошком. Или поцеловала? Нет, целовала она его раньше, губы еще хранили горький вкус ее ласк, и Артем с ужасом вспомнил, что рассказал обольстительнице все. И даже отдал Амулет.

– Хватит ерундой заниматься, – донесся раздраженный мужской голос, и тонкий голос затих. – Когда он придет в себя?

– Скоро.

Приятный глубокий голос принадлежал Лане.

– Когда скоро?

– Он уже притворяется.

Артем нехотя открыл глаза.

– Как ты себя чувствуешь? – заботливо спросила девушка.

– Отвратительно.

Голова буквально раскалывалась на части.

– Попей. – Лана поднесла к губам Артема чашку, он с наслаждением сделал большой глоток ледяной родниковой воды и огляделся.

Артем сидел в резном деревянном кресле с прямой неудобной спинкой, не был связан или скован, рядом с ним в точно таком же кресле, соблазнительно закинув ноги на подлокотник, расположилась девушка. Ее огромные изумрудные глаза весело поблескивали в колеблющемся свете факелов.