Войны начинают неудачники

Громадный «Юкон» был припаркован у пересечения с улицей Удальцова, а сам Секира постоянно получал информацию о происходящем у Замка от разведчиков.

– А если не нам, а Кувалде? – Маленькие черные глазки уйбуя вперились в лицо фюрера. – Если Сабля поедет в другую сторону?

Секире очень не понравилось, как Затычка пялился на зеленый чертополох, украшавший его левую скулу. В последнее время по клану поползли слухи, что уйбуй перестал почтительно отзываться о личности фюрера и даже назвал его полукровкой…

– Что мы будем делать тогда? – не отставал Затычка.

– А тогда, – медленно ответил Секира, – его перехватят ребята уйбуя Задиры, которые следят за Кувалдой.

– Я ничего не знал об этом! – совершенно некстати сообщил Затычка.

Секира спокойно спрятал кинжал в ножны и с легкой усмешкой посмотрел на зарвавшегося уйбуя:

– А ты и не должен был.

Нетерпеливый и глупый Затычка сам подписал себе приговор. Фюрер уже знал, кого в предстоящей перестрелке он убьет в первую очередь.

– Но если Задира следит за Кувалдой, – продолжал размышлять уйбуй, – то нас могут пасти Шибзичи.

– Могут, – пожал плечами Секира и с сожалением вздохнул. – Я никогда не доверял одноглазому.

Уйбуй Тарелка опустил бинокль и медленно покрутил затекшей шеей.

Получив от Кувалды приказ следить за фюрером Дуричей и быть готовым выпустить ему кишки, Тарелка несказанно обрадовался: в последней междоусобице Секира лично расстрелял его родного брата, и уйбуй поклялся отомстить. Но вот уже полтора часа Дуричи не покидали свой черный «Юкон», и Тарелка стал потихоньку звереть со скуки. Он слез с «Харлея» и сделал несколько приседаний. Его бойцы, сидящие на своих мотоциклах, с пониманием посмотрели на вожака. Засада всем надоела.

«Если через десять минут ничего не начнется, – решил Тарелка, – убью Секиру просто так, а перед Кувалдой как-нибудь выкручусь».

Боевые маги Ордена в бессильной ярости наблюдали, как выпрыгнувший из вертолета коротышка подбежал к арке и вытащил из черного рюкзака небольшой серебряный контейнер. Вестник взмахнул рукой, и гордого единорога окутало зеленое облако.

– Плачьте, ибо это последний день Великого Дома Чудь! – насмешливо прокричал Любомир."

"Единорог уменьшался на глазах. Дождавшись, когда он, окутанный зеленым сиянием, достигнет нужного размера, коротышка вложил Источник в контейнер, перекинул рюкзак с добычей за спину и схватился за веревочную лестницу. Вертолет стремительно взмыл в воздух. Вестник поднял глаза и прищурился на одиноко парящую птицу:

– Навы, вы видели все – трепещите!

Из его глаза вылетела тонкая зеленая молния, и вспыхнувший разведчик камнем полетел вниз.

– Прощайте, рыцари!

Любомир растаял в воздухе.

– На крышу заходит вертолет, – сообщила Яна, потягивая минералку.