Войны начинают неудачники
Порой войны начинаются буднично. Среди белого дня из машин, припаркованных на обыкновенной московской улице, выскакивают мужчины и, никого не стесняясь, открывают шквальный огонь из автоматов. И целятся они при этом в группку каких-то невзрачных коротышек в красных банданах, только что отоварившихся в ближайшем «Макдоналдсе». Разумеется, тут же начинается паника, прохожие кидаются врассыпную, а один из них вдруг переворачивает столик уличного кафе и укрывается за ним, прижимая к груди свой рюкзачок.И правильно делает.Ведь в отличие от большинства обывателей Артем хорошо знает, что за всем этим последует. Одна из причин начинающейся войны как раз лежит в его рюкзаке. Единственное, чего не знает Артем, – что в Тайном Городе войны начинают неудачники, но заканчивают их герои.Пока не знает…
Выложенный мраморными плитами и освещенный изящными фонарями дворик был очень аккуратен. В небольшом фонтане журчала вода, высокие стены увиты плющом, пейзаж дополняли ухоженные газоны и несколько удобных скамеечек. Все выглядело как-то не по-настоящему, словно на картинке. Если бы не останки грузовиков у главных ворот, в этом дворике жалко было бы даже плюнуть. А так – нет.
Корнилов сплюнул и нехотя проворчал:
– Что-то непохоже, чтобы здесь была перестрелка.
Ответить Васькин не успел.
– Мы же договаривались отложить беседу до утра! – Навстречу полицейским шагнул высокий рыжеволосый мужчина в темном костюме-тройке.
– А я ненадолго. – Не обращая на него внимания, майор откровенно осматривался. – Майор Корнилов, криминальная полиция.
Он привычным жестом вытащил из кармана жетон и небрежно помахал им перед носом рыжего.
– Франц де Гир, начальник охраны.
– Иностранец? – поинтересовался майор.
– Папа был иностранец, а я наш, русский, – сообщил де Гир с ярко выраженным макленбургским акцентом. – Кстати, я уже говорил вашим помощникам, что знаю очень мало. Удивление, которое вызвала у меня эта хулиганская выходка, трудно передать словами.
– А вы попробуйте, – проворчал Корнилов.
– Четыре «КамАЗа», – перейдя на деловой тон, сообщил де Гир, – врезались в наши ворота. Из них выбежали люди и, крича что-то о буржуях и революциях, быстро убежали прочь. Охрана пыталась их поймать, но безуспешно. Потом мы проверили дворик, но никого не нашли. А потом приехали ваши и стали здесь быть. Извините за сумбурную речь, я взволнован.
Корнилов с пониманием покачал головой:
– Свидетели уверяют, что была стрельба, – пояснил он. – Вот мы и приехали.
– Надо же, – всплеснул руками де Гир. – А где была?
– Где-то здесь. – Полицейский вытащил из пачки очередную сигарету и описал ею в воздухе несколько замысловатых кругов. – В вашем дворике.
– Что вы говорите, – де Гир честно посмотрел на капитана. – Не слышал.
– Ну и ладно, – неожиданно миролюбиво проронил Корнилов. – Завтра мы заедем и снимем показания с ваших охранников, которые были здесь во время инцидента. Кстати, никто не пострадал?
– Ни в коем случае, – ответил де Гир. – Они успели спрятаться.
– Хорошая у вас охрана, – похвалил Корнилов.
– Отличная, – согласился де Гир. – Вы уже уходите?
Последние слова он произнес в спину удаляющимся полицейским.
– До завтра, – не оборачиваясь, бросил Корнилов.
Полицейские вышли на проспект.
– Ну и что скажете, патрон? – полюбопытствовал лейтенант.
– Он ранен, – буркнул майор.
– Что?
– Эх ты, – усмехнулся Корнилов, – сыскарь. Неужели не обратил внимания, как он держал правую руку?
Владик потупился:
– Я…
– Не расстраивайся, – приободрил его майор, – со временем придет.














