Волчья хватка. Волчья хватка – 2
Вячеслав Ражный – президент охотничьего клуба, бывший боец спецназа погранвойск. Но это всего лишь малая, видимая простым смертным часть его бытия. Ражный – вотчинный аракс, воин Засадного Полка, созданного еще в XIV веке Сергием Радонежским. В тяжелые для России годы Сергиевы ратники, владеющие особым боевым искусством, которое передается веками от отца к сыну, приходят на помощь родине. В мирное время они решают вопросы жизни и смерти между собой. Ражный, выстоявший в своем первом поединке, готовится к новой схватке с братом-араксом. Но куда опаснее будет столкновение с обычными людьми в современном мире, где в волке больше человеческого, чем в самом человеке…
Мы еще смеялись: ну все, Бирюк яйца уложил, сейчас противника уложит! А ты прилично боролся! Я только-только мастера выполнил, а ты…
– Почему – Бирюк? – спросил хмуро Ражный.
– Да это так тебя звали, за глаза, в кулуарах, среди молодняка. – В голосе его послышалась ностальгия. – Мы на видео снимали твои поединки, а потом на разборе полетов в замедлении крутили… Я все хотел понять, как ты делаешь захват левой. Вроде бы за кимоно, а получается со шкурой… Столько раз видел, а повторить не могу… Нет, объясни, как это делается? С захватом?
– Может, показать?
– Показывать не надо! – засмеялся Поджаров.
– Никакого секрета, – пожал плечами Ражный, отмахиваясь от комаров. – Волчья хватка.
– Я тренировался, не получается…
– Потому что был сытый. Всегда был сытый и не испытал волчьего голода.
– Не понял, ты о чем?
– О голоде. Голодный волк вырывает у бегущего лося куски мышц. Вместе со шкурой. Одним щипком. Он не давит его за горло, это вранье. Он вырывает промежность и неторопливо идет следом. Добыча через километр ляжет от потери крови…
– Но ведь надо еще иметь руку, как волчья пасть.
– Ты же не цыганка, руку тебе показывать…
– Нет, точно Бирюк! Не зря прозвище дали… Слушай, Вячеслав, я вспомнил: у тебя еще одна привычка была – лежать на земле после схватки. Говорят, даже на снегу лежал… А это зачем?
– Отдыхал.
– Ну, перестань! Я знаю, это ритуал какой-то. Но так никто ничего не понял. Болтали даже, будто ты какой-то свой допинг изобрел, который медики не ловят. Было или нет?
– Ерунда…
– Зачем тогда отлеживался?
– Приземлялся, – честно сказал Ражный, однако собеседник не поверил, опять принял за отговорку.
– Нет, ты всегда был какой-то странный, с прибабахом. С чего вдруг на самом подъеме из спорта ушел?.. Смотри, ушел – и ведь забыли сразу! Один я не забыл!.. А если бы остался? Да ты бы сейчас гремел!
Ражный молчал, поскольку не мог объяснить, почему и ради чего ушел. Но Поджаров опять понял по-своему.
– Что ты в самом деле? Расслабься, отдохни, – дружески похлопал по плечу. – И не бери в голову проблемы эти! Сейчас приведут Каймака, никуда он не денется… Слушай, а ты сколько уже не борешься?
– Почему? Все время борюсь… В основном за место под солнцем.
– Зря бросил! Ты же еще не в возрасте! Смотри, что сопливый молодняк делает? За кордон продаются на раз, такие бабки стригут! За кого только не борются! Тебе-то зачем бизнес? Да и что это за бизнес? Хочешь, помогу вернуться?
В лесу дважды хлопнули гулкие пистолетные выстрелы, через несколько секунд еще один. Поджаров невозмутимо послушал эхо.
















