Волчья хватка. Волчья хватка – 2

"

"Вообще-то от треска выстрелов ничего опасного не было, поскольку людьми владел страх и желтовато-сиреневое излучение – признак сильнейшего волнения, несся над ними, как туча. И все-таки он уполз со стоянки в траву и там побежал неторопкой рысцой к «шайбе», а люди запустили моторы и погнали машины через цветочные клумбы к кромке берега, чтобы все время были рядом. На стоянке остались лишь одна небольшая, скулящая и несчастная, и та, огромная, молчаливая, тихо стреляющая, где прятались люди непривычного, странного поведения.

Ночь еще только начиналась, а забава уже закончилась, и волчонок заскучал и тем же путем вернулся в «шайбу».

Побродив по «шайбе», насыщенной запахами порченого мяса и духом чужой добычи, он почувствовал голод и беспокойство от яркого света. Слепые люди освещали пространство в темное время и от этого слепли еще больше, поскольку в глазах происходили необратимые процессы, а зрение, как и чутье, следовало постоянно развивать и совершенствовать только трудом. Он определил источник света – лампочку, покружился, задрав морду вверх, угрожающе порычал и сразу понял, что это никак не действует. Потом попробовал достать сияющий шарик в прыжке с места, и хотя взлетел чуть ли не на метр, однако зубы клацнули по воздуху. И с разбега получалось то же самое – не хватало совсем немного, двух-трех пядей, уже и свет был так близко, что слепил и обжигал морду.

Он взвыл от бессилия, заурчал, заскреб бетон лапами и, разжигая себя яростью – брызжущей злой энергией, прыгнул еще раз, но всего лишь коснулся носом лампочки и качнул ее. Ослепленный и отчаянный волчонок убрел к мешкам, сунулся в них мордой и на минуту затих.

Когда же световое пятно померкло в глазах и зрение восстановилось, он заскочил на мешки и оказался почти под потолком, однако отсюда до центра «шайбы», где висит сверкающий ненавистный шар, слишком далеко. Тогда он спустился, схватил крайний мешок и, упираясь, потащил его под лампочку. Овес был прошлогодний, сухой и от этого довольно легкий, однако мощности лап еще не хватало, и он двигал его рывками, сантиметров по пятнадцать. Справившись с первым мешком, он схватил второй, приволок и, переводя дух, взглянул вверх – все равно не достать, а на третий уже и сил нет. Тогда он вспомнил крысу, спускающую зерно, разгрыз, растрепал плотную мешковину и, когда овес вытек из дыры, легко взял оставшийся груз и дотащил без передышки.

Через час в центре «шайбы» выросла куча из двух десятков опустошенных наполовину мешков. И не переводя духа, разгоряченный работой, он заскочил наверх и прыгнул с места.

Человеческий свет оказался огненным и свирепым: не имея клыков, он трепанул так, что волчонок свалился на бетон бездыханным.