Волчья хватка. Волчья хватка – 2

Волчья хватка. Волчья хватка – 2
0/10 (0)
О чём книга

Вячеслав Ражный – президент охотничьего клуба, бывший боец спецназа погранвойск. Но это всего лишь малая, видимая простым смертным часть его бытия. Ражный – вотчинный аракс, воин Засадного Полка, созданного еще в XIV веке Сергием Радонежским. В тяжелые для России годы Сергиевы ратники, владеющие особым боевым искусством, которое передается веками от отца к сыну, приходят на помощь родине. В мирное время они решают вопросы жизни и смерти между собой. Ражный, выстоявший в своем первом поединке, готовится к новой схватке с братом-араксом. Но куда опаснее будет столкновение с обычными людьми в современном мире, где в волке больше человеческого, чем в самом человеке…

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Вяхирь тихо рассмеялся каким-то своим мыслям:

– Вдова скажет… А ты спросил у нее, что же она-то на Вещере делает? Что ищет?.. Я тебе скажу – счастье. Сорока – женщина противоречивая… Знаешь ли ты, вотчинник, что Сирое – это не только монастырь или тюрьма?

– Представляю.

– Да что ты представляешь?.. Ладно, открою тебе одну тайну, в утешение. Это, брат, самое таинственное Урочище, и что здесь происходит, даже калики толком не знают. А я тебе скажу: Пересвет – это сила воинства, Ослаб с опричниной – его дух, а сердце Засадного Полка находится в Сиром. Только об этом не принято говорить вслух.

– Я догадывался…

– Догадываться можно всю жизнь. А вот сходишь, посмотришь на сирое существование своими глазами, а тогда уж и думай, к чему тебя приговорили: к пожизненной каторге или к поиску истины… Ты еще не бывал в Урочище?

Ражный пожал плечами:

– Не довелось еще… А что?"

"– Ох, не все там так просто! – пропел бульбаш. – Например, нам кажется, если поделить свое «я» на количество насельников, это плохо, да? Нас ведь с детства пугали!.. На самом деле ты себя делишь, но и получаешь от каждого! Говорят, сейчас тут двести семьдесят три сирых вместе с послушниками.

Так сколько ты себе прибавишь? Вот!.. Кроме всего, они тут становятся единым целым, и в этом кроется великая сила. Думаешь, они рубахи шьют да пояса? И сидят на цепи, прикованные к камням? Как раз!.. Не верь каликам, они умышленно вводят араксов в заблуждение и разносят отвращающие слухи о Сиром. Это чтобы не совались сюда без дела. Или в самоволку не лезли, как Сыч. Послушай опытного человека, я бывал там трижды и кое-что понял.

Это больше походило на хвастовство, чем на некое откровение, поэтому Ражный съязвил:

– Тебя что, на экскурсию водили?

– Ага, дождешься, сводят, – проворчал Вяхирь.

 – Да ведь я же полещук! Для меня ихние заслоны – тьфу…

– Что же Сыч не может дороги найти?

– Хотел бы – нашел. Сыч на Вещере приключений ищет, а не истину. А кто приходит сюда, чтоб познать тайну Сирой обители, тому она и открывается. Хочешь, научу, как в Урочище пройти?

– Научи, – не сразу согласился Ражный, застигнутый врасплох таким предложением.

– Ни днем, ни ночью туда не суйся, бесполезно, – заявил Вяхирь тоном учителя.

 – Все будет мимо. Рядом пройдешь и не заметишь. Не знаю пока, кто от Сирого отводит и не пускает – охрана ли из этих, что на ветру стоят, или буйные араксы… Словом, над Урочищем все время висит своеобразный энергетический покров. Крыша может съехать, если попадешь в зону.

Ражный внутренне напрягся, вспоминая ту легкость, с которой он впервые без тренажера оторвался от земли, – уж не в покров ли этот попал?..

Бульбаш сделал паузу и поднял палец:

– Но есть одна щелка!..

Подборки для вас

Похожие книги

Спорим, ты будешь моей?

Спорим, ты будешь моей?

Легкое чтение, Фэнтези, Любовное фэнтези
Измена. Верну мужа

Измена. Верну мужа

Легкое чтение, Любовные романы, Короткие любовные романы
Невеста для босса

Невеста для босса

Легкое чтение, Любовные романы, Самиздат
Уязвимость

Уязвимость

Легкое чтение, Любовные романы, Самиздат
Капер

Капер

Легкое чтение, Фантастика, Зарубежная фантастика
Дознание в Риге

Дознание в Риге

Легкое чтение, Детективы, Крутые детективы

Оставить отзыв

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив