Волчья хватка. Волчья хватка – 2
Вячеслав Ражный – президент охотничьего клуба, бывший боец спецназа погранвойск. Но это всего лишь малая, видимая простым смертным часть его бытия. Ражный – вотчинный аракс, воин Засадного Полка, созданного еще в XIV веке Сергием Радонежским. В тяжелые для России годы Сергиевы ратники, владеющие особым боевым искусством, которое передается веками от отца к сыну, приходят на помощь родине. В мирное время они решают вопросы жизни и смерти между собой. Ражный, выстоявший в своем первом поединке, готовится к новой схватке с братом-араксом. Но куда опаснее будет столкновение с обычными людьми в современном мире, где в волке больше человеческого, чем в самом человеке…
Это хлипкое, призрачное существо спотыкаясь побрело по колее – в ту же сторону, где были спрятаны машины, кажется, ничего не замечая вокруг. Приблизиться к нему вплотную не составляло труда, но Савватеев двигался на расстоянии, помня о необычной прыти этого «подростка».
А тот внезапно растворился в темноте, будто привидение, и остался лишь его по-детски горький всхлипывающий голос, исходящий неизвестно откуда, но всего-то в трех-четырех шагах от Савватеева. Несмотря на ночь, он отчетливо различал деревья вокруг, дорожные колеи и даже белесый мох на обочинах, но человек пропал!
– Эй? – окликнул Савватеев и достал фонарик.
Плач оборвался.
– Чего надо? – послышался скрипучий, неприятный голос. – Наехали тут, шастают по лесу… Не подходи ко мне!
– Я на месте стою, не бойся…
– Вот и стой! Или вообще иди отсюда, ты мне не нужен.
Савватеев включил фонарик: на дороге сидела живая мумия, одетая в рваное, засаленное тряпье, голый череп обтягивала черная, морщинистая кожа, а лицо иссохло настолько, что рот не закрывался и обнаженные крупные белые зубы мерцали в темноте, как у обезьяны.
– Ты кто? – спросил Савватеев, испытывая отвращение.
– Охотник.
– На кого же ты охотишься ночью?
– Выслеживаю зверя. А вы ходите за мной и мешаете! Убери фонарик!
Его скрипучая речь отдавала явным безумством.
– А что же ты плачешь? – Савватеев отвел луч фонаря в сторону.
– Зверя приманиваю.
– Плачем?
– Ну… Услышит зверь, придет, чтоб съесть…
– Какой зверь?
– Людоед!
– Здесь что, людоеды водятся? – осторожно спросил Савватеев и сделал вперед два шага.
– Где их нет?.. Жизни не стало.
В этот миг Савватеев ощутил запах гниения и машинально отшатнулся: перед ним говорил и двигался полуистлевший труп.
Мысль была сумасшедшей и фантастичной, но в тот миг все выглядело вполне реально, потому что он вспомнил телохранителя, страдающего манией величия и ныне пребывающего в Кащенко.
– Каймак? – спросил Савватеев. – Михаил Идрисович?
Охотник подскочил, вытянул вперед костлявую руку:
– Ну-ка, дыхни на меня?! Ты что сегодня жрал? Очень уж знакомый запах!
Савватееву стало жарко и душно, в ушах зазвенело, и он не услышал писка радиостанции, а искаженный помехами голос медика-эксперта звучал как продолжение скрипучей речи этой мумии.
– Полтора километра на юго-восток… Старая дорога… Положительный результат по прибору в первом и втором диапазонах…
Смысла Савватеев не уловил, поэтому подтянул воротник куртки с микрофоном и чуть не закричал:
– Что там у вас? Что?..
– Объект поиска. Обнаружил в девятом квадрате… Прибор дает положительный результат.
















