Волчья хватка. Книга вторая

Засечь точное место было невозможно — порывистый шум в кронах, скрип деревьев и шорох снега сбивали с толку. Ражный помедлил минуту и осторожно двинулся в направлении выстрела, но в это время увидел россыпь разнокалиберных кабанов, несущихся вдоль мари всего в десятке метров слева. В тот миг он не думал об охоте и, скорее инстинктивно, выхватил взглядом загривок молодого вепря и метнул топор. Зверь зарылся в сугроб, пробуравил его на несколько метров и затих с торчащим из холки топорищем. Стадо исчезло в бору, а Ражный встал неподалёку от добычи и прислонился спиной к сосне.

Волчица скользила на лыжах по кабаньим следам конькобежным ходом, не отрывая глаз от земли, — искала кровь, но промах был чистый, на снегу ни капли. Зимний спортивный костюм, биатлонная винтовка на двух ремнях, в одной руке лыжные палки…

Ражный не прятался, стоя у неё на пути, ждал, когда охотница увидит кабанью тушу. Но она остановилась чуть раньше, ощутив его взгляд, подняла голову."

"— Здравствуй, сирая дева, — так в сказках кормилицы Елизаветы назывались кукушки. — Воин Полка Засадного… — И Ражный осёкся, невольно зачарованный её пристальным и пронизывающим взглядом огромных глаз.

Вероятно, эта встреча для неё была внезапной: не ожидала, что Ражный так скоро её выследит. В следующий миг охотница сдержанно и чуть надменно улыбнулась:

— Здравствуй, воин…

Ражный испытывал чувства, будто и впрямь сейчас вершился праздник Манорамы и он, настигнув суженую, сорвал с неё синий плащ.

— Я добил подранка, — скупо сказал он. — Возьми свою добычу.

Она осмотрела тушу, легко выдернула топор, вычистила его о снег и протянула Ражному. И по тому, как она это сделала, сразу стало ясно, кому раньше принадлежал этот инструмент…

Затем передёрнула затвор винтовки, достала патрон и вложила в его руку.

По этим, в общемто незначительным деталям Ражный лишь утвердился в мысли, что кукушка принадлежит к роду араксов-охотников. Никто иной не мог знать этого древнего обычая, когда добившему чужого подранка охотнику обязательно возвращается стрела, остановившая зверя, а вторая — из своего колчана, в знак благодарности.

Если дарёная стрела приносила удачу, то половина добычи воздавалась дарителю, который, в свою очередь, благодарил новой стрелой.

Ражный играл патроном, глядя, как охотница хлопочет возле битого зверя, обминает снег и ищет входное отверстие от пули: все роды ловчих араксов он знал наперечёт, с некоторыми был в дальних и близких родственных отношениях и сейчас стоял и гадал, из которого эта сирая дева со взором волчицы.

— Не моя добыча, — с лёгкой иронией проговорила охотница, отмывая руки снегом. — Я промахнулась.

— Ты подарила мне топор. — Ражный закинул тушу на плечи. — Показывай, где твоё жилище! Я там освежую вепря.