«Волкодав» из будущего

– Ты, Виктор, берешь пистолет, а я отхожу – ну, скажем, – на десять шагов. Ты в меня стреляешь.

– Попаду ведь! – округлил глаза Виктор.

Я отошел на десять шагов и повернулся лицом к Виктору.

– Стреляй!

– В сторону?

– В меня.

Виктор пожал плечами и вскинул «ТТ». Грохнул выстрел. Я даже не шелохнулся, пуля прошла мимо меня.

Алексей побледнел:

– Капитан, ты никак заговоренный?

У Виктора от напряжения – в командира ведь стрелял! – мелко дрожала рука.

Когда Виктор выстрелил три раза и не попал, я скомандовал «отбой» и подозвал обоих лейтенантов.

– Убедились? Вы же не пьяны были, в здравом уме, в спокойной обстановке, вашей жизни ничего не угрожало, а попасть с трех выстрелов в человека не смогли.

У обоих щеки запунцовели.

– Теперь перехожу к объяснению. Когда противник стрелять начинает, надо смотреть на его руку с оружием. Если видна внутренняя часть руки, пуля уйдет вправо, и наоборот. А вот если за пистолетом руки не видно, значит, прицел верный, и надо уходить с директрисы огня. Как поражения избежать? Качнулся в сторону, противник выстрелил – ты увел тело в другую сторону.

Со стороны – похоже на танец, правда – смертельный, или на покачивания пьяного: полшага вправо, полшага влево.

– А по-македонски можете? – с мальчишеским интересом спросил Алексей.

– Могу. Попозже покажу. А сейчас возвращаемся в отдел и – в оружейку.

По пути к машине Виктор спросил:

– А за что вас Лешим прозвали?

– Было дело – в болоте часами лежать пришлось, естественно, нагишом. А тут случись генералу Рокоссовскому ехать, а я, когда диверсантов брали, был в непотребном виде – голый и весь в грязи. Так и прилепилось – Леший.

– А правду говорят, что вы втроем целый взвод немцев в плен взяли?

– Было дело, расскажу как-нибудь на досуге.

Лейтенанты переглянулись восхищенно.

А вечером уже, на квартире, внимательно осматривали мою гимнастерку.

– Вы чего, хлопчики?

– А награды у вас есть?

– Есть. Медаль «За отвагу». А еще – «За боевые заслуги».

– Не густо, – разочарованно пробасил Алексей.

– Не заслужил, стало быть. Да какие еще наши годы – найдут нас награды. Только вы о них меньше думайте. Не за награды воюем.

Честолюбие, амбиции иногда нужны, но чаще вредны на фронте.

Кто из нас не ожидал, что командование отметит по достоинству успешно проведенную операцию? Теперь же у меня к этому отношение было спокойное: поощрят – хорошо, не заметят – так на фронте это почти естественно. На моих глазах много малых и больших подвигов бойцы и командиры совершили и – остались в безвестности. Часто и донесение о бое составить было просто некому. Так что воевали «не ради славы, ради жизни на земле», как напишет Твардовский в «Василии Теркине».