Воронцов. Перезагрузка. Книга 2

— Ангар под доски поставим рядом с деревней, заодно и для инструмента пригодится или если что хранить придется, — объяснил я, понизив голос.

Петр нахмурился, все еще не понимая моего замысла.

— А зачем, Егор Андреевич? Тут места полно, и постоянно кто-то да есть.

Я огляделся, убедившись, что никто не подслушивает, и вкратце пересказал ему, что возможно будет оптовый скупщик досок. Фома в городе когда продавал, то покупатели заинтересовались нашим товаром, обещали подумать о самовывозе — им много нужно, а купец наш только на трех телегах за один раз привозит. Но показывать всем и каждому нашу лесопилку не хочу — слишком много труда в нее вложено, да и не нужно, чтобы каждый знал, откуда доски берутся. Вот и будем продавать прямо у деревни, — закончил я свою мысль. — Меньше лишних глаз, меньше вопросов.

— И правильно, — поддакнул Петр, понимающе кивнув. — Не стоит чужим знать все наши дела. Мало ли кто позарится на такое добро.

Только мы закончили разговор, как к нам подбежал парнишка — запыхавшийся, с растрепанными волосами, да весь перемазанный глиной.

— Барин, куда глину тащить? — выпалил он, едва переводя дух. — Нашли хорошее место, копать начали, там много да не знаем, куда складывать.

Я задумался на мгновение. Глина нужна была не только для обмазки печей. Много у меня на нее планов — без нее не обойтись.

— В углу ангара пока складывайте, — махнул я рукой в сторону где еще не были складированы доски. — Только смотрите, чтоб не мешала проходу.

Парнишка кивнул и умчался обратно, только пятки засверкали. Энергии у молодежи хоть отбавляй — направить бы ее в нужное русло.

Я повернулся к Петру, вспомнив еще один важный вопрос:

— Как идет дело с сжиганием опила на золу?

Петр почесал затылок, его лицо приняло слегка виноватое выражение.

— С вечера в яме уже начали палить — но до сих пор еще тлеет, — ответил он, глядя куда-то в сторону дымящейся ямы, ниже по течению. — Никак не разгорится как следует.

Я подошел ближе к яме — действительно, дым шел, но слабый, и жара почти не чувствовалось. Опил тлел, но не горел как следует.

— Может быть слишком плотно набили? — спросил я, разгребая палкой верхний слой. — Нужно не так много, чтоб быстрее сжигалась. Воздух должен проходить.

Петр кивнул, лицо его выражало досаду.

— Не проконтролировал, барин, а ребятня на самом деле слишком утрамбовала, — признался он. — Сказал им просто насыпать, а они старались, утаптывали.

Я похлопал его по плечу — не стоило расстраиваться из-за такой мелочи. Научатся еще, не боги горшки обжигают.

— Ты может еще одну яму сделай — зола нужна. И много, — предложил я. — Эта пусть как есть догорает, а новую правильно заложим. Покажешь ребятам, как надо.

— Хорошо, барин, организую, — Петр выпрямился, приободрившись.