Возвращение Низвергнутого

 — Много ли шансов отыскать крохотные обломки на илистом дне моря, да еще и зимой! Но сейчас, когда первая половина артефакта уже в шкатулке, я полностью убежден, что с помощью Создателя мы добудем и вторую!

— Равно как и я, — сухо произнес священник, не отрывая глаз от воды. — Вот только боюсь, что Создатель Милостивый здесь не при чем — к моему горькому сожалению. Этот бедняга, что сейчас нырнул и погрузился на дно, является не искателем, а всего лишь наживкой. Живая приманка, наподобие тех дождевых червей, что насаживают на свои крючки рыбаки. Если бы дело обстояло иначе, мы никогда бы не обнаружили затерянный на дне артефакт.

— Не хотите ли вы сказать, что…

— Да. Кинжал стремится выбраться из морской пучины, и для этого ему нужна помощь. Он сам притягивает к себе оказавшихся поблизости людей. Не найдет их — сделает так, чтобы его проглотила большая рыба, которая затем выбросится на берег и попадет в руки ничего не подозревающих людей, что поспешат выпотрошить рыбину, пока не протухла, и зажарить… Или воспользуется крабом, что вынесет его на сушу… Возможностей много. Но человек… человек — это лучшая приманка для Младшего Близнеца, самый лакомый кусок, любимая добыча.

Этой его слабостью я и пользуюсь. Если он почует поблизости от себя человека, то сам подскажет, где его искать. И начнет подчинять жертву своей воле, превращая в злобную тварь, жаждущую крови… что и произошло с тем несчастным грешником, нашедшим лезвие кинжала.

— И вновь вы говорите о богопротивном артефакте как о живом существе, отец Флатис! — воскликнул внимательно слушающий Привратник. — Так… словно у него есть собственная душа!

— Душа дается лишь Создателем! — полыхнул взором священник.

 — А все остальное от Темного — жалкое подобие, лишь мрачная тень от настоящей жизни, отец Морвикус! Уж вам-то должно быть это известно! Я всегда считал, что орден Привратников чересчур сильно сближается с нечистью и нежитью! Ни к чему изучать и вести беседы с порождениями Темного — им самое место на костре! — осекшись, отец Флатис сухо пожевал губами и продолжил: — Но не мне судить. Я лишь выполняю волю Церкви.

— И стараетесь изо всех сил, отец Флатис, — склонил голову Морвикус. — Я так и доложу его святейшеству и… смотрите! Цепь!

Железная цепь неистово затряслась, затем вытянулась в струну и задрожала, баркас слегка покачнулся и начал лениво разворачиваться к берегу — словно некто на дне тянул его за собой с неимоверной для обычного человека силой.

— Он нашел! — глухо произнес священник, вцепившись побелевшими пальцами в кромку борта. — Нашел! Вытаскивайте его, тяните изо всех сил!"

"Вцепившиеся в цепь монахи дружными усилиями начали вытаскивать сопротивляющуюся цепь, обдирая ладони в кровь.