Возвышение Меркурия. Книга 8 (СИ)

Встретился с напряжённым взглядом Великого князя, чьи пальцы всё ещё стискивали рукоять меча.

Секунды три мы так и стояли, смотря друг на друга. Наконец тот заговорил.

— Приношу свои извинения. Это внутреннее дело рода.

Я кивнул, собираясь на этом и закончить. Но тут послышался тихий голос Инны.

— Она пообещала его уничтожить. Развеять алтарь, вырезать род, сдать женщин в бордель…

Взгляд Рюриковича стал слегка растерянным. Он несколько раз перевёл его с дочери на меня и обратно. Потом удивлённо поинтересовался.

— Прямо здесь? Угрожала человеку, который находится под нашей защитой на время переговоров? И ты её не остановила?

Ошарашенно-возмущённый взгляд Инны взметнулся вверх и наткнулся на сверкающие глаза Великого князя, которые давили на смертную безудержным гневом.

— Ты ведь можешь. И знаешь об этом. Нужно только перестать бояться!

Дева моментально сникла, опустив взгляд к полу. А вот её отец продолжил, как будто срывая на смертной зло из-за недавнего унижения.

— Не попади Ярополк вчера в ту аварию, тебя бы здесь вообще не было. Даже он, нашёл бы слова, чтобы притормозить эту бешеную…

Продолжение угадывалось, но сам князь слова произносить не стал.

Покосившись на меня, оправил свой мундир в родовых цветах и указал подбородком на коридор.

— Идёмте, Василий. Время скрепить договор.

Я взглядом указал Асуке на проход. Сам же дал команду Мьёльниру и он потянулся к трём артефактами записи, что стояли в комнате, временно глуша их работу.

Подойдя к креслу, на котором сжалась в комок Инна, достал дарфон.

— Возможно, нам ещё потребуется это обсудить. Обменяемся контактами?"

"Не уверен, что дева полностью осознала смысл моих слов, но свой аппарат достала.

Так что через десять секунд я уже шагал обратно в Перунов зал. Жаль не успел спросить её об истории названия. Но ничего — наверстаю упущенное, если встретимся снова. К тому же, ещё есть Алексей.

Подписание документов прошло буднично и просто. Сначала отпечаток силы самого Кэзуо, который тот поставил при помощи родового перстня. Потом такая же отметка от нового главы клана Абэ, поставленная при помощи одноразового артефакта, который был завязан на Кэзуо. И наконец, родовой перстень Афеевых, при помощи которого я оставил свой собственный отпечаток силы.

Всё время, пока я проверял текст документов, составленных на русском и японском языках, идентичность которых гарантировали Рюриковичи, из головы не выходили две мысли. Первая — не все члены императорского рода равны в плане силы. Те трое, что бьются за престол, обладают какой-то мощью, недоступной Константину. Но зато имеющейся у Инны. Которая совсем не горит желанием участвовать во всей этой мясорубке.

Вторая была связана с картинами.