Вперед в прошлое 10

По лицу Василия пробежала тень — он испытал облегчение. Все у него на лбу написано, как просто с ним! Совершенно бесхитростный товарищ, честный, совестливый.

— Расскажи мне, как мы заработаем деньги! — насел на меня отчим. — Давай все рассчитаем, шобы в минус не уйти. Вдруг это все иллюзия. Пока цифры не увижу, хотя бы примерные, — не успокоюсь.

Мы с отчимом отправили Бориса, воссевшего за общим письменным столом, в кухню, и я достал ручку и лист бумаги и сказал:

— Начнем с того, сколько стоит килограмм муки?

— Триста рублей мука первого сорта, — ответил Василий, и я это записал.

— А килограмм пшеницы?

— Та, которой кормят курей — примерно сто рублей, — подсказал Василий. — В декабре ездили продавали, я узнал.

— Это явно не мука высшего сорта, — развил тему я. — Нам предложили пшеницу первого сорта за семьдесят пять рублей. Сколько из килограмма пшеницы получится муки, знаете?

Сам я понятия не имел, однако Василий удивил познаниями:

— При самом плохом раскладе с килограмма пшеницы — семьсот граммов.

— Отлично. Значит, тонна муки стоит семьдесят пять тысяч, — сказал я и тоже это записал.

— Откуда у нас такие деньги? — воскликнул Василий, чем призвал из спальни заспанную маму, которая подошла к нам.

— Какие деньги? Зачем?

Василий обнял ее за талию и произнес с важным видом:

— Я тут расчеты произвожу, потом объясню. Не сбивай с мысли, пожалуйста.

Мама кивнула и удалилась на кухню, мы продолжили. Точнее, я продолжил:

— Выходит, для того, чтобы получить тонну пшеницы, нам нужно предоставить директору совхоза семь бочек соляры по двести литров. Но! Покупать мы ее будем по 55 рублей, а предлагать — по, скажем, 68. То есть 140 литров берем по 55, получается 77000.

А продавать будем по 68. Выходит 95000. Отнимаем вложенные 77000. Получается, что только на солярке мы заработали 18200, причем на ровном месте.

Отчим кивнул, хотя, судя по выражению лица, мало что понимал. Я продолжил объяснять:

— Если все так, как вы говорите, покупаем тонну пшеницы за 75000, то есть меняем на соляру, отвозим на мельницу, получаем 700 килограммов муки. Умножаем на 300 рублей — ее стоимость. Ладно, умножаем на 250. Выходит 175000. — Я нарисовал стрелочку от предыдущей цифры. — То есть сто тысяч чистыми! Плюс 18200.

А семьсот килограммов — это всего лишь четырнадцать мешков, которые у нас в любом селе заберут за час, потому что дешевле, чем в магазине! Понимаете? Сто двадцать тысяч за день. А в идеале нужно три тонны солярки, триста тысяч. Понятно?

Отчиму было понятно, его глаза заблестели, он возбудился, занервничал.

— А точно купят столько?

— Пятьдесят мешков дешевой муки? Пф-ф-ф. Легко. Если умножить на три все то, что мы считали, в день можно иметь по триста пятьдесят тысяч. Ну, двадцатку на взятки гаишникам, если хлопнут.