Все не случайно (СИ)

А вообще перспективы мои не такие уж и плохие, все обязательно наладится. Так и заснула с хорошими мыслями, а проснулась ближе к вечеру с собакой в обнимку. Вот тебе и поспала, на часах шесть вечера.

Нехотя встаю с кровати, одеваюсь и иду гулять с Боней. Проходили мы с ней полчаса и тут я поняла, что жуть как хочу есть, а в холодильнике естественно пусто. Поехала в ближайший гипермаркет, накупила столько продуктов, что хватит на целую семью. Черт, деньги пока есть, а что будет дальше, с учетом моих внезапных кулинарных потребностях? Я не хочу так быстро переезжать к родителям. Прохожу к кассам и тут меня как током бьет, людей в магазине немного, все-таки первое января, а мне завидно. Да, вот так банально завидно стоять и смотреть на смеющуюся и целующуюся парочку. Максим так никогда не делал. И не сделает, шепчет противный голос в голове. Как же мне хочется подойти к Олегу и посмотреть в его невозмутимое лицо. Что на этот раз скажет? Проверял на прочность Викины губы? А потом понимаю, что я им никто. Чего я лезу не в свое дело? Ну и пусть себе целуются! Мне-то что? Черт, ненавижу себя, я просто глупая завистница! Разворачиваю тележку и иду куда глаза глядят. Ну зачем я взяла все это? Кому? Господи, что же со мной творится?

Выложила половину ненужных продуктов и пошла обратно к кассе. Парочки нет, и на том спасибо. Расплачиваюсь за продукты и вызываю такси. К восьми добралась домой и завалилась с кучей еды на кровать. Кажется, что Боня на меня косо поглядывает. Ну и ладно.

— Не смотри на меня так, мне можно. Во мне живет новая жизнь, — произношу я, проглатывая очередную ложку мороженого, и сама удивляюсь сказанному. Как же это странно и непривычно звучит. — Знаешь, Боня, скоро мы переедем. Твоя хозяйка, то есть я, на самом деле зажравшаяся принцесса, которая просто не сможет жить одна. Я банально не справлюсь, у меня уже нет сил работать, я какая-то размазня, а что будет дальше? — это, наверное, нехороший признак — разговаривать сама с собой, хотя я же с собакой, значит можно. — Будь готова к тому, что папа у меня ворчун. Он неплохой, просто вечно всем недоволен и будет к тебе придираться. Что-то типа «блохастая псина», не обижайся на него, характер после пятидесяти не изменить, — почесывая Боню за ухом, успокаиваю я то ли ее, то ли себя. — Но в душе папа может полюбить тебя гораздо больше, чем другие. Это он только с виду такой. На самом деле он хороший. А мама нас точно примет сразу, за нее можешь не волноваться. Туфли ее только не грызи, ну и не писай где попало, на это есть Касьян. После праздников сразу пойдем становиться на учет. Ну я одна, конечно, пойду, тебя не пустят со мной, — смотрю в Бонины глаза и окончательно понимаю, что пора прекращать говорить вслух, так и до дурки недалеко.