Все по-настоящему

— Ну? Увидел? Я включила свет.

— Ни черта!

— Может, ты не с той стороны здания?!

Господи! Какой же идиотский разговор. Я, наверное, опять не с того начал. Во мне так много мыслей и чувств, что если я не поделюсь ими с Таткой, то просто взорвусь. И мне так важно видеть ее в этот момент…

— Сейчас обойду. Только ты дождись, ладно? Я должен тебе сказать что-то очень и очень важное. Тебе ведь можно стоять?! Кровотечение… оно прекратилось?

— Да. Еще когда ты был здесь. Все в порядке. Правда, — ее голос смягчается и становится таким нежным, что я останавливаюсь на пару секунд, впитывая его в себя.

— Тата, я хочу, чтобы ты стала моей женой."

"— Это просто замечательно, — смеется она, — но, кажется, мы с тобой уже давно женаты.

— Нет! Ты не поняла. Я хочу, чтобы ты стала моей женой по-настоящему. Хочу увидеть тебя в свадебном платье! Хочу произнести клятвы перед алтарем… Хочу собрать всех-всех твоих армянских родственников, чтобы они стали тому свидетелями и больше не ругали меня за то, что я зажал свадьбу. Но, главное, я хочу, чтобы ты знала, как… — от чувств моя речь сбивается, и я останавливаюсь перевести дух. Опираюсь ладонью в колени и, задрав голову, безошибочно нахожу окно, в котором, приложив трубку к уху, стоит моя любовь… Снова задаюсь вопросом, как я без неё жил. И понимаю, что это была не жизнь. А так… существование, как бы избито это все ни звучало. Задумавшись, теряю мысль, но Татка, как всегда, меня выручает:

— Чтобы я знала… — напоминает она.

— Чтобы ты знала, как сильно я тебя люблю. И хоть я не могу гарантировать того, что сумею как-то компенсировать двадцать потерянных лет, но… — сглатываю огромный колючий ком, собравшийся в горле. — Но, клянусь, что сделаю для этого все, от меня зависящее.

— О, Клим… Я люблю тебя.

— Я знаю, малышка. Я… знаю. Измучил я тебя, да?

— Нет, нет! Что ты?! Хотя… черт, Терентьев, ты мог бы быть и посообразительнее. — Татка влажно всхлипывает, и я начинаю беспокоиться о том, что наш разговор случился именно теперь, когда ей не следует уж слишком эмоционировать.

— Думаю, тебе лучше вернуться в кровать, — нехотя шепчу я.

— Ну, уж нет! Я использую этот момент по полной, — смеется Татка и прилипает носом к стеклу, в безуспешной попытке стать ко мне ближе.

— Есть идеи по поводу свадьбы? — уточняю я, улыбаясь.

— Конечно. Главная моя идея — поручить все маме и Кире. Тебе в этом вопросе я не доверяю.

— Это еще почему?

— Потому что ты начнешь швыряться деньгами направо-налево, а мне это…

— Не надо. Я знаю.

— Вот именно.

— Интересно, в кого ты такая скупердяйка?

— Эй! Я просто люблю тебя. Тебя, понимаешь?

— Конечно.