Выгодный брак

Амалия восхищенно озиралась по сторонам, подходила к огромным кадкам с какими-то фикусами, трогала их листья, а потом переходила к следующему. Она то и дело поворачивала голову и с улыбкой смотрела на меня. С настоящей улыбкой, искренней, открытой, восторженной. У меня в груди барабанило сердце. То ли от нежности, то ли от любви ― сильной, обжигающей, то ли от страха, что я мог потерять ее. Ама порхала от цветка к цветку, практически не останавливаясь, а потом подошла вплотную ко мне и положила руку туда, где пламенный мотор отбивал нестройный ритм.

– Спасибо, ― прошептала она у моих губ.

– Я счастлив, что тебе нравится, ― ответил я, прижимая ее руку к своей груди, а второй обнимая за плечи. Ама тут же прильнула ко мне.

– Безумно нравится, ― прошептала она.

Амалия

Игнат, нахмурившись, слушал то, что ему говорил дворецкий, пока я нетерпеливо перетаптывалась с ноги на ногу. Вчерашняя буря поломала пару деревьев и разбросала по двору мусор. Сергей Ильич докладывал Игнату, что уборка завершена успешно, с компанией, которая взяла на себя всю тяжелую работу, расплатились. Я думала, что не дождусь, пока беседа закончится, но это наконец случилось.

Как только дворецкий скрылся из виду, Игнат посмотрел на меня, и его лицо преобразилось. И теперь так было всегда. В общении с посторонними мой муж по старой привычке нацеплял маску и носил ее почти целый день. Ровно до того момента, пока мы не оказывались наедине. Конечно, это случилось не сразу. Примерно еще год мне приходилось напоминать ему, что со мной ему не нужна защитная броня. Игнат первое время по инерции еще мог быть грубоват, но со временем и это прошло.

– Что такое? ― спросил он с улыбкой, глядя на то, как я практически подпрыгивала на месте.

– У меня для тебя новости.

– Хорошие, надеюсь? День был адский.

Игнат вальяжно шел ко мне, стоящей на первой ступеньке лестницы. Я кивнула, и он за два больших шага преодолел оставшееся между нами расстояние. Он сжал меня в своих объятиях и страстно поцеловал, а я запуталась пальцами в его волосах и, конечно, не устояла перед тем, чтобы ответить. Игнат оторвался от меня, глядя голодным взглядом.

– Говори, Ама.

– Я сегодня была у врача.

Я закусила губу, чтобы подразнить его.

– И? ― спросил он, слегка хмурясь.

Игнат не любил, когда я не выкладывала сути сразу. Ему нужно было говорить все немедленно, желательно опустив несущественные подробности. А мне нравилось его дразнить. Это как тыкать палкой в медведя. Но доброго, любящего медведя. Который рычит, но не кусает. А если и кусает, то так, что тело содрогается в конвульсиях удовольствия. ― Амалия, ― строже сказал он.

– Врач сказала, что можно пытаться.

– О, ― выдохнул он, а потом в его глазах заплясали бесы, обещая мне нескучную ночь. ― Тогда мы сразу и начнем.