Взрывная страсть

А сейчас…»

Мужчина прочистил горло и, выставив руку, медленно потянулся к моему лицу. Нежно провел пальцами по щеке и проговорил:

— Такая притягательная…

Прикрыла глаза, чувствуя, как нежно он касается моих губ подушечками пальцев. Не хотела ничего говорить. Зачем? Иногда просто хочется быть желанной… счастливой…

— Открой глаза, — вдруг произнес он.

Распахнула веки и встретилась со взглядом мужчины. Горячим, сильным, вызывающим. Он, не отрываясь, смотрел на меня, на мои губы, а потом выдохнул:

— Я, наверное, схожу с ума. Но мне плевать на последствия, и даже больше, готов принять их.

— Последствия за что? — хрипло переспросила, понимая все, но, желая услышать желанные слова из его уст.

— За это, — проговорил Львов и мгновенно подался вперед, захватывая мои губы в сладостный плен. Действовал смело, уверенно, сильно, увлекая в невероятный мир страсти.

Моя рука на сильном плече, его на моей спине, а потом везде… Чувствовала, что несмотря на поглощающую страсть, Сережа старается не задеть мою руку. Мужчина так мучительно, нежно, а потом жгуче, яростно атаковал, отчего меня сносило, и я отчаянно отвечала, осознавая все больше с каждой секундой, что мне этого мало. Невозможно мало.

Пальцы перешли на волосы, хватая, цепляя темные пряди. Ощущая его руки под своей кофточкой, меня поразила мысль, что так и нужно, очень важно и томительно приятно.

Губами выводила сладкие напоминания о себе на его шее, чувствуя сильные руки на своих плечах.

Дыхание прерывалось, и не хватало воздуха. Чувствовала в его движениях столько напора и власти над моим телом, плавящимся под его умелыми прикосновениями, отчего уже спокойно относилась к тому, что внизу живота скручивает от томления, требуя немедленного освобождения.

Эмоции бушевали, и меня переворачивало изнутри от напряжения и удовольствия.

Сергей посадил меня на свои колени, отчего обернула ноги вокруг его талии. Он вновь стал целовать, сводя с ума, одаривая сладким наслаждением. Было удивительно сдаваться страсти, на волю мужчины, но другие порывы терялись в неизвестности, мысли путались, усыпляя разум.

Резкая боль в руке мгновенно вернула сознание, отдаваясь в висках. Зависла на месте, понимая, что со всей силы дернула руку в сторону.

«Дура!»

Посмотрела на гипс, поражаясь, как я так умудрилась. Хотя не удивительно, если мозги полностью отключились.

Львов тут же усадил на плед, с волнением осматривая руку, а потом проговорил:

— Лид, задели? Прости. Это я… Черт!

— Нет, это я, — выдохнула и, отмечая, что сильная боль проходит, добавила: — Не контролировала, что неправильно. А ведь мечтаю избавиться от гипса, аж сил нет.

Повернулась к нему и застыла, отмечая в его глазах грусть, надежду и желание.