Взять живым мёртвого

Мужичка я звать не стал, не в нём проблема, сами разберёмся. А вот дочку его попросил войти. В конце концов, не могут же так врать сказки, вдруг она чем-то сможет помочь.

– Славен Господь на небесах, – в голос запел солидный бородатый поп, чья фигура усиленно стремилась к правильному кругу, хоть циркулем его очерчивай.

Волосы соломенные, глаза болотные, но голос оперный, сам Хворостовский задохнулся бы от зависти, а Баскова вообще гнали бы со сцены метлой поганой под свист и мочёные яблочки.

– Итак, гражданин Евстигней. Фамилия ваша?

– Гройсмашидзе.

– Грузин? – удивился я.

– Русский аз есмь, православный! А с кем и от кого мать моя, пресвятая женщина, на югах благословенна, в монастырях пела, про то нам знать не дано.

– Ну раз фамилия грузинская, то, получается, и папа грузин?

– Всё в воле Божией.

– Не буду спорить, не принципиально.

– Да ты крещёный ли?!

– Итак, – игнорируя провокационный вопрос батюшки, начал я, – вы утверждаете, что жеребёнок, рождённый беременной кобылой, на самом деле произведён на свет вашим мерином?

– Так оно и есть! Вы бы видели, какой он у нас толстый. На том и крест поцелую!

– На том, что мерин толстый или что он жеребёнка родил?

– На том, что всё воля Божия, – легко выкрутился поп. – И не такие чудеса нам Писание являет. Наш теперича жеребёнок!

В этот момент за дверью раздались первые смешочки, и не прекращающий улыбаться парень, которого я уже мысленно назвал Гуинпленом, втолкнул в горницу невысокую бойкую девицу, замотанную в рыбацкую сеть с прилипшими щучьими чешуйками.

– Без гостинца, но с подарочком? – вспомнил я.

Девушка тут же швырнула нам на стол полудохлого воробья. Что ж, пока всё сходится.

– Не одета и не раздета?

Она легко скинула с себя сеть, оставшись абсолютно голой, и столь же ловко замоталась обратно. По-моему, мы все трое, я, батюшка и наместник, на минуточку потянулись к карманам за кошельками. Нетрезвая Баба-яга только присвистнула, сунув два пальца в рот."

"– Давай, давай, девка! Я в твои годы такое вокруг помела вытворяла, что по сей день вспомнить щекотственно и приятно…

Воробей тоже явно ожил и начал скакать по столу, поклёвывая чёрную икру и крошки французских круассанов. Шустро так, между прочим.

– Гражданка… как вас?

Девушка жестом показала, что она немая. Упс, вот только инвалида от рождения мне сейчас обидеть и не хватало. Надо срочно решить вопрос с этим обуревшим попом.

– Итак, батюшка Евстигней, вы утверждаете, что мерин родил жеребёнка?

– На то воля Божия!

– Но, если мы ради эксперимента выпустим голодного жеребёнка, неужели он побежит за молоком к мерину?

– За молоком али иным пропитанием живность завсегда куда надо побежит, – весомо ухмыльнулся непробиваемый батюшка.