Забава для мажора

Перетягиваю на колени к себе и беру ступню в руку. Поглаживаю большим пальцем, проводя по длинному рубцу.

— Расскажешь? — Вижу, что обиделась. Понимаю, почему. Самое время прояснить ещё один вопрос. И я даже рад, что так спонтанно получилось. — Малышка, давай договоримся: я люблю и принимаю тебя всю. Такой, какая ты есть. Со всеми царапинами и шрамом. Если есть еще где—то, то он не портит тебя для меня. Я не знаю, как тебе объяснить. — Пытаюсь найти нужные слова, потому что Лия подняла голову и внимательно слушает. — Для меня важно, что ты со мной. И чтобы ты не стеснялась меня.

— Я была маленькая. Это было на раскопках, когда я ездила с папой.

— Где? Подожди, твой папа был археологом?

Что ни день, то открытие.

— Угу. Я упала в какую—то яму, задела арматуру. Ну вот на память осталось. Больше меня не брали в поездки, оставляли с бабушкой.

— Моя ты девочка—видение. Давай надену. — Возвращаю ножке одежку. — Так, а боялась показать—то почему?

— Ну он страшный. Я, наверное, год боялась посмотреть. Сначала болело, потом просто страшно было. А теперь мне кажется, он противный.

— Тяжелый случай. Это просто отметка. Не больше. Ты самая красивая девочка в мире. Самая! Посмотри в мои глаза. В них только ты.

Глаза в глаза.

Закушенная губа.

Негромкий всхлип и…

… и разумные мысли улетели в далекие дали…

Наклоняюсь и целую свою Кнопку. Горячо, глубоко. Прикусываю нижнюю губку, прохожусь по ней языком. Роняю нас на разноцветный ковер, по которому рассыпаются карандаши. Где—то сбоку остается альбом, и легкий ветер перебирает странички. А мы пропадаем в своем мире. Отрываемся, когда перестает хватать кислорода. Секундная передышка и приникаем обратно.

Рассыпавшиеся по листьям кудри. Румяные щеки и алые губы.

Моя самая прекрасная. Любимая девочка.

— Теперь веришь мне?

— Верю, — звучит тихим эхом.

Верит…

31.

Лия.

Утро вторника хмурится серым дождем и сильным ветром. Внутренне состояние души совпадает с тем, что сейчас творится за окном.

Расставание с Тёмой накануне вечером далось с трудом нам обоим. Дедушка начал посмеиваться, назвав нас неразлучниками, и шутливо предлагал остаться ночевать. Думаю, если бы у нас было дополнительное спальное место, блондинчик бы обязательно согласился.

Мы выпили литры чая, болтая обо всём на свете. Дедуля пытался оставить нас одних, но Артём все его попытки быстро пресек, задав всего один вопрос о раскопках. Дедушка натура увлекающаяся, может про свою профессию говорить сутками. Но самое удивительное, Тёмке нравится его слушать. Кажется, они нашли друг друга.

Так уютно. Слушать родной голос, прижиматься к уже родному боку. Суетиться, когда два дорогих мне человека хотят перекусить или просят подлить напиток. Ощущение, что так было всегда.