Посох двуликого Януса

Обухов, как написано в книге, был ужасно ревнив и неоднократно устраивал своей девушке сцены из-за ее дружбы с соседом. Он снова вернулся в тот дом, но на этот раз уже не к подружке. Он прибежал к Пашутину разбираться, обвинил его в убийстве Анисии, избил и убил. Но случилось это не днем, как все считали, а поздно вечером, может, даже ночью или на следующий день. Ты понимаешь, к чему я веду?

Егор задумался, потом неуверенно произнес:

– Но тогда получается, что Золотареву убил не Обухов… Если бы он ее убил, он бы не приходил к ней на следующий день мириться. Звонить – звонил бы, потому что понимал, что его будут проверять и обязательно запросят биллинг, так что создавал видимость.

А приходить-то зачем? Если тоже для видимости, то он постарался бы, чтобы его там увидели и запомнили, спрашивал бы соседей, где Анисия, в общем, целый спектакль изобразил бы. По-хорошему – еще и капюшон бы снял перед подъездом, чтобы на камерах засветиться. А он, выходит, тупо сидел на лестнице и ждал. Зачем? Кто его увидел бы на этой лестнице, она же была в стороне от лифтовой шахты и от квартир.

– Вот об этом я и говорю. Но Пашутина убил наверняка он, тут я не сомневаюсь.

Просто полиция тогда не проверила полностью записи с камер, нашли один кусок с подходящим фигурантом, приобщили к делу и успокоились. Когда Обухова отпустили, запись уничтожили. И как нам теперь угадать, в какое время Обухов убил Пашутина? Там предположительный интервал почти в сутки, если не больше.

Тимофей блефовал. Он прекрасно знал, что в той ситуации никакой эксперт, даже самый малоопытный, не мог ошибиться на целые сутки. Но Егор, как и большинство высокомерных самоуверенных людей, даже мысли не допускал, что его могут обмануть.

Не станет он перепроверять, не полезет в старые книги по судебной медицине.

– Тогда нужно изменить время и место на поздний вечер в парке, – решительно сказал Егор. – Мы узнаем, кто убил Золотареву. И докажем, что это был не Пашутин. Значит, отец был прав, Пашутин не убийца. Может, как раз Обухов и убил, просто он оказался намного умнее, чем ты думаешь. Сначала разыграл карту любовника, который хочет помириться, потом явился к Пашутину. Обоих убил из ревности.

Нет, поздний вечер в парке Муратова совсем не устраивал.

Какая ему разница, кто убил девочку-антимошенницу, ее парень Иван Обухов или ее сосед Юрий Пашутин? Нужно подвести Егора к другому выводу.

– Ты забываешь, что все это было без малого семьдесят лет назад, – вздохнул он. – Тогда все было не так, как сейчас. Это сегодня на каждом шагу камеры и хорошее освещение, а тогда половина камер не работала, половина фонарей не светила, а уж в лесопарке ночью… Я уж не говорю о том, что парк огромный по площади, а в книге Федора Владимировича точная локация не обозначена.