Посох двуликого Януса

Можешь сказать, что вообще плохо помнишь этот момент, мол, сильное потрясение и все такое. Эту часть я сам расскажу следаку. Повтори.

Бажин послушно повторил. В его голосе даже появилась некоторая уверенность.

– Слушай дальше. Деньги мы отсюда вынесем. Тащи сюда мою сумку, я ее в прихожей бросил.

Сумка, а точнее – баул для хоккеиста, был вместительным. Но в данный момент – почти пустым. Николаю очень нравилось ходить с этим баулом и чувствовать себя настоящим спортсменом, чуть ли не игроком НХЛ. А вот таскать тяжести ему не нравилось совсем. Поэтому основную часть экипировки для тренировок он благоразумно оставлял в спорткомплексе у знакомой девицы-администратора.

В сумке же находилось только то, что пропитывалось потом и нуждалось в стирке: майки, трусы, гетры. И еще полотенце, потому что после тренировки нельзя не принять душ.

Полотенце было большим и занимало много места. Кайдаш не раздумывая вытащил его, а следом и все остальное и разложил в шкафу на разные полки, подсовывая под аккуратно сложенные стопки. Полотенца – к полотенцам, майки и трусы – к белью, гетры отправились в ящик с носками.

Никто не станет разбираться, что в этом шкафу принадлежит хозяину, а что появилось невесть откуда.

– Зачем ты раскладываешь? – послышался у него из-за спины голос Бажина. – Наоборот, надо все разбросать, ты же сам сказал…

«Хорошо соображает, пришел в себя», – мысленно отметил капитан. Но признавать ошибку вслух не стал: позицию старшего и опытного сдавать нельзя.

– Все должно выглядеть естественно, – ответил он. – Сначала надо разложить так, как это сделал бы хозяин, а потом расшвырять, как сделали бы преступники.

Тогда вид будет правильным. Учись, пока я жив.

Освободив баул, Николай принялся складывать в него пачки купюр. Влезли все, кроме последних четырех, которые они с Бажиным рассовали по карманам своих курток.

– И куда его теперь? – спросил Дима, кивнув на баул.

– Никуда. Мое начальство знает, что я с утра был на тренировке, никто не удивится. Главное, чтобы его никто не вздумал поднимать. Тяжелый, собака, как не знаю что… Никакая форма столько не весит. Хорошо, что он на роликах и с выдвижной ручкой, если кто и ухватится за него, то просто покатит, поднимать не станет.

– А вдруг захотят проверить, что внутри?

– С какого это перепугу? Ты, Димка, идеалист, книжек начитался. Где ты видел сегодня дотошных следаков, которые вдруг ни с того ни с сего начнут проверять опера, вызвавшего группу?

– Ну а вдруг?"

"– Слушай, не капай на мозг, – сердито проговорил Кайдаш. – Нашел чего бояться! Все будет чики-пики, гарантирую. Ты лучше морально готовься к разносу, который тебе устроят за то, что картину на месте происшествия смазал.