Посох двуликого Януса

Но если ты считаешь нужным – найду его, свяжусь, предупрежу, не вопрос.

– Найди, Коля, найди, нам лишние проблемы ни к чему. И сам не болтай. А лучше всего – вообще забудь, что там было с Пашутиным. Архилин и Алимгулов будут молчать, я с ними работу провел. Вопрос-то не пустяковый, если все всплывет – достанется не только розыску, но и следователю. Причем следаку даже больше прилетит, чем нам. Он же главный, а розыск – так, на подхвате, что следователь велит – то мы и делаем. Начнется свара, станут выяснять, кто первым начал, кто виноват и все такое. А ссориться со Следственным комитетом в наше время – себе дороже, сам должен понимать.

Начальство на себя ответственность не возьмет, как обычно, все свалит на нас и на следака и будет смотреть, как мы друг другу глотки перегрызаем. Мало кто в этой сваре уцелеет. Еще и Совет ветеранов МВД подключится, поднесет нам тортик из дерьма за то, что мы оболгали и опорочили заслуженного отставника. Ты меня услышал?

– Не глухой, – проворчал Николай.

Кайдаш понял, что разговор окончен, начальник сказал все, что хотел, и в принципе можно было уходить. Но его словно подмывало на прощание уколоть Александра Викторовича, который был для него всегда просто Саней, закадычным другом старшего брата.

– Тебе не приходит в голову, что, если бы ты меня тогда послушал, последнего трупа могло и не быть? – ехидно спросил он. – Сработал бы по-честному, признал разбой с убийством, мы бы продолжали искать убийцу Золотаревой. А вдруг нашли бы, а? Если бы ты не стал замыливать очевидную серию, подключилась бы Петровка, и все могло сложиться совсем иначе. Ты как, не хочешь в Западный округ прокатиться, побеседовать с родителями убитой девушки? Папа, мама, кто там у нее еще есть? Братья-сестры? Жених? Муж? Посмотри им в глаза, послушай, как они убиваются и плачут.

Тебе будет полезно."

"На самом деле Николай Кайдаш, конечно же, так не думал, потому что никакого разбоя не было. Уж кому, как не ему, знать об этом. Он вполне допускал, что Анисию и в самом деле мог убить отставной полковник Юрий Пашутин, все бывает в этой жизни. Однако ему хотелось в очередной раз напомнить Сане о том, что в квартире Пашутина «что-то искали». Лишним не будет. Кроме того, Санька корчит из себя крутого сыскаря, начальника всех сыщиков мира, достал уже до самой печенки своими замечаниями, просто грех не воспользоваться подвернувшейся возможностью повозить его мордой по столу.

Начальник медленно поднялся из-за стола, глаза его налились ненавистью.

– Пошел вон отсюда, – прошипел он сквозь зубы.

Кайдаш с удовольствием покинул кабинет руководства и насвистывая двинулся по коридору в сторону лестницы. Жизнь прекрасна!

Ничего, он потерпит еще примерно с полгодика и тоже положит рапорт на стол.