Посох двуликого Януса

Наяна уже взялась за ручку двери, когда услышала:

– А что там внизу за деваха? Я вроде ее раньше не видел. Утром иду из спортзала, смотрю – незнакомое лицо. Кто такая?

Ишь ты, углядел! И даже заинтересовался.

– Это новенькая, сегодня только в первый раз заступила.

– Как звать?

– Севара.

– Это что еще за имя?

– Не знаю, я не спросила, – призналась Наяна.

– Погоди-ка, я сам посмотрю, – деловито проговорил Верещагин и взял в руки один из нескольких гаджетов, лежащих рядом на столике.

Потыкав пальцем в экран, торжественно объявил:

– Татарское имя, означает «любимая».

Все это можно было проделать в десять раз быстрее и проще, всего лишь надев визор и задав вопрос голосовому помощнику, но Тимур принципиально пользовался только той техникой, с которой имел дело до своего семидесятилетия. После этого упрямый Верещагин категорически отказывался осваивать все новое и отговаривался тем, что старое ему привычнее и понятнее. Ничего необычного в этом не было, подавляющее большинство пожилых и особенно очень пожилых людей вело себя точно так же.

Но Тимур Валерьевич не был бы собой, если бы и тут не нашел повод побрюзжать.

– Никакой фантазии у людей! «Любимая»! Сплошная пошлость вокруг. Вот твое имя – это хоть что-то, означает «горделивая». Ты, конечно, ему не соответствуешь, но все в твоих руках. Захочешь – станешь, это дело такое. А «любимая» – это что? А вдруг ее никто не полюбит? И будет девка всю жизнь маяться и стесняться своего имени, от нее ж не зависит, будут ее любить или нет. Не найдет себе мужика – и все, кранты. И о чем только родители думали! Вообще не понимаю я эту вашу моду давать детям неславянские имена. Вот как хорошо раньше было: Саша, Маша, Коля, Таня.

Все привычно и понятно, легко запомнить. А теперь язык сломаешь и мозги иссушишь, пока усвоишь, кто есть кто.

– Зато не перепутаете, – улыбнулась Наяна. – Однофамильцев по-прежнему много, а вот полных тезок почти не осталось. Так даже проще, можно не запоминать отчества и фамилии, разнообразие личных имен огромное. Между прочим, ваше имя тоже не очень-то славянское. Отдыхайте, Тимур Валерьевич, через час продолжим.

– Отдохнешь тут с вами, – проворчал Верещагин. – Сейчас эти явятся.

«Эти», то есть врач и массажист, действительно уже шли по коридору навстречу Наяне.

Тоннель требовал не только знаний, но и соответствующей физической формы: путешествие в прошлое сопряжено с немалыми нагрузками на организм, и к этим нагрузкам пожилых людей следовало планомерно готовить под строгим медицинским контролем. Коротко поздоровавшись с ними, Наяна дошла до лифтов и поднялась на восьмой этаж. Вот сейчас она все и узнает."

"Перед дверью в отдел распределения девушка притормозила, ткнула на мониторе в квадратик «по вызову» и произнесла свое имя: Наяна.