Заговорщик

Исполняя давнюю клятву, примерно каждую третью ночь вынужденного безделья Зверев посвящал занятиям с Лютобором. Пусть на расстоянии, через сон — но уроки все равно шли на пользу. Правда, и в реальности нору древнего чародея он пять раз навестил. И тоже не без пользы.

— Ну, коли мы в доме походном, — пропустил ответ мимо ушей князь Друцкий, — так и законы здесь у нас походные…

Он поднял крышку сундука, выставил на столик из тонких реек два кубка, большой серебряный кувшин и накрытое крышкой блюдо. Приподнял палец, спохватившись, пересек завешанную коврами комнату, открыл дверцу украшенной львиными мордами буржуйки.

— Славно, угольки еще есть, — из ближней корзины он кинул в топку пяток тонких поленьев, притворил створку, оглянулся на Зверева.

— Неужели это печь, княже?! — притворно изумился Андрей. — Неужто из стали скована?!

— Из чугуна отлита пушкарями опытными по их секрету. Придумал же сие я. Намучился за годы с жаровнями-то, а тут как-то ночью вдруг и подумал: а отчего мне печь малую по примеру больших не сделать?

На самом деле князю Юрий Семеновичу было чем гордиться. Ведь железо в здешнем мире было столь дорого, что ковать из него печки было роскошью на уровне прикуривания от ассигнаций. Посему даже императоры и ханы в походах или разводили в шатрах костры, или ставили в палатках жаровни. Додуматься отлить печь из чугуна — это был настоящий прорыв! Вот только зритель князю Друцкому попался неблагодарный. Для выходца из двадцать первого века «буржуйка» казалась такой же дешевкой, как обитателю шестнадцатого века — шуба из горностая.[1]

— И как греет? — чтобы не показаться зазнавшимся невеждой, поинтересовался Андрей. — Думаю, раз стенки тонкие, то ведь остывать должна быстро.

— Зато и согревается чуть не в минуту! — горячо парировал Юрий Семенович. — Коли углей много нагорит, так без опаски в любой мороз греться можно. Не выпадут, пожара не устроят, жарко круглый день. Ну, а прогорят, так завсегда еще подбросить можно…

Об этом Зверев как-то не подумал. По сравнению с жаровней — и правда ведь гениально! А что остывает быстро — всегда можно использовать «автозагрузку» в виде дежурного холопа. И Андрей уже искренне восхитился:

— Великолепно! Такую же хочу.

— Тебе-то зачем, Андрей Васильевич? — разлил вино князь Друцкий и снял с блюда крышку, под которой оказалась уже нарезанная запеченная телятина. — Ты ведь сани за собой не потащишь, ты верхом поскачешь. Эх, где она ныне, моя молодость…

— Нечто так часто путешествовать приходится, Юрий Семенович? — Зверев сел на сундук возле стола.

— Да уж покатался в последние годы, Андрей Васильевич… — Друцкий опустился в накрытое накидкой из рыси кресло, поднял бокал: — За встречу, да принесет она нам удачу.