Заколдованная луна

Это была пожелтевшая бумага. Не совсем похожая на другие листки. Она была напечатана похуже, более неряшливо.

Но название было видно достаточно хорошо.

«Баллада про Линде-Лу».

Она была здесь. С нотами и целиком.

Криста обратила внимание на то, что она была гораздо длиннее, чем обычно исполнялась. Здесь было гораздо больше куплетов.

Под названием стояло: «Записано работником Бентом Нильсеном на основании подлинного события, свидетелем которого он стал»

Бент Нильсен? Один из умерших! Батрак из усадьбы Нюгордов.

Но ведь это же Ларс Севальдсен… Баллада о Линде-Лу была его коронным номером, лучшим из того, что он когда-либо сочинил.

Ларс Севальдсен. Обвиненный в воровстве.

Ведь воровать можно и музыку, и стихи, сочиненные другим.

Так значит, вот что он сделал! Выдал себя за автора этой баллады. А может быть, не только ее одной.

Но сейчас Криста знала, кто стоял, спрятавшись за деревом, и видел, как старый Пер Нюгорд убивал детей!

Его собственный работник!

Она долго сидела, размышляя, держа листочки в руке, не могла решиться их прочитать, ей нужно было во многом разобраться.

И что-то во всем этом ей не нравилось.

Служанка из Линде-аллее экономила для того, чтобы купить эти грошовые баллады.

Но…

С тяжелым сердцем она вновь просмотрела эту кипу. А потом вернулась к балладе о Линде-Лу. Они не знали, как же его звали в действительности, те, кто сварганил эту песню. «Песня смерти» – пронзило ее. Нет, прости, Линде-Лу, я не это имела в виду!

«Спою я сейчас вам песню одну:

Давайте уроним слезу

Над парнем по имени Линде-Лу,"

"Что жил в дремучем лесу».

Она обратила внимание на то, что текст был не в точности такой, какой исполнялся обычно. Это, разумеется, был оригинал, ведь потом всегда привносят какие-то изменения. Кроме того, она подозревала, что Ларс Севальдсен обработал ее по своему вкусу.

Она быстро прочла первые строфы, их она знала почти наизусть. Но тут обнаружила существенную разницу. По версии Ларса Севальдсена, маленькой сестре Линде-Лу было пятнадцать лет. В оригинале ей было всего четырнадцать.

Мерзкая свинья Пер Нюгорд! Наброситься на четырнадцатилетнюю! А Севальдсен видно подумал, что это будет слишком грубо, и немного изменил возраст.

О, бедный Линде-Лу! Который так любил своих младших брата и сестру и так заботился о них! Как же он, должно быть, страдал, когда нашел маленькую девочку, обесчещенную и мертвую!

В самом низу были строфы, отсутствующие в новой версии. Но они, в основном, повторяли то, что было рассказано, только другими словами.

Но потом текст стал совсем другим. После строк, в которых говорилось, что волосы Линде-Лу стали белыми, как снег, и что ему самому хотелось лишь умереть, шли совсем или почти совсем новые строки.