Заноза

«Бессовестно врут!» - ответила та. Вот и у меня было какое-то нехорошее предчувствие. Ну не может же быть все вот так легко и просто, словно в сериале. Она беременна, он на ней женится, и живут они долго и счастливо и рожают в год по ребенку. Не бывает такого в жизни. А если и бывает, то не со мной. А если и со мной, то, как показала практика, ничем хорошим не заканчивается.

Отогнав от себя плохие мысли, я поднимаю голову и встречаюсь глазами с Алексеем.

- Мне надо будет уехать сегодня, - говорит он, пальцами убирая с моего лба прилипшую прядь волос. – Конференция в Москве, я давно планировал, выступаю там с докладом по реконструкции груди. Вообще-то, думал тебя с собой взять, но в свете открывшихся событий придется повременить с поездками тебе. Вернусь, обсудим детально все. Пока можешь выбрать дату, когда распишемся. Наверное, без помпезности, но если хочешь платье и кучу народа – то я готов и к такому варианты.

Что? Вот так просто, буднично, словно Карлсон? Он улетел, но обещал вернуться?

- Вот вернешься, там посмотрим! – уклончиво отвечаю ему и высвобождаюсь. – Кучи народу я точно не хочу.

Ишь ты, распоряжения он отдает!"

"- Не посмотрим, а жду от тебя конкретных дат и предложений! – улыбается он, а затем идет в прихожую. – Спасибо за хлеб, за соль, хозяюшка, побегу. Работы вал. Напишу тебе, каких пациентов посмотреть и выписать, какие до моего приезда должны остаться. Воронину не выписывай, даже если она будет проситься на коленях, ей рано еще, пусть лежит до моего возвращения. Я буквально на четыре дня лечу. И еще – не перетруждайся. Белолецкой я позвоню, нехрен дежурить ночами, все, будешь отдыхать и растить ребенка.

Я хотела было возмутиться, даже набрала воздуха в легкие, но затем решила – да и ладно. Все равно скоро все узнают, и не скроешь, что папаша – Шиловский, так пусть проявляет свою заботу, делает, как надо. Отдыхать тоже необходимо, я уже несколько лет живу в бесконечной гонке за деньгами, а сейчас потребности и вовсе возросли, одни витамины для беременных сколько стоят, поэтому нужно приучать себя к мысли, что я теперь не одна, и что помощь будет мне весьма кстати.

Проводив Алексея и получив на прощание жаркий поцелуй, я вернулась в кухню, задумчиво глядя на чашку, из которой он пил чай. Сложно привыкнуть к мысли, что я стану его женой. Как такое вообще возможно? Я и он – две противоположности, которые в обычной жизни бы и не создали семью. Обстоятельства вынуждают нас, а о любви, по крайней мере, с его стороны, и речи нет. Уже одно то, что он сделал такое предложение, говорит о нем, как о порядочном человеке, но вот сможем ли мы быть вместе ради ребенка – большой вопрос. Да и в своих чувствах я сомневалась.