Заноза для хирурга (СИ)

Мы с Полканом познакомились, когда была ранена моя подруга — он приходил в больницу снимать показания. И теперь время от времени приглашает меня куда-нибудь. Я вижу, что нравлюсь ему, да и сама отношусь к нему тепло, но… как говорится, ничего не ёкает.

— Да, Полкан, — отвечаю на звонок, поворачиваюсь и медленно иду по коридору.

— Судя по твоему тону, ты на работе, — слышу в ответ и не могу не улыбнуться.

— А что не так с моим тоном?

— Аня, ты бы слышала себя со стороны! — мягко смеётся мужчина. — В твоём «да» отчётливо звучит: «Говорите кратко и по существу, я занята!»"

"— Неужели всё так ужасно? — смеюсь в ответ.

— Конечно, нет, — Полкан секунду молчит, а затем спрашивает: — Как ты смотришь на то, чтобы вместе поужинать завтра?

— Прости, не могу, — говорю с раскаянием, — у меня уже есть планы. Может быть, в другой день.

— Ага, через месяц, — грустно вздыхает мужчина.

— Обещаю, что раньше! — мне и правда неловко ему отказывать, но я уже отдала этот вечер Герману Эдуардовичу. — Давай… — задумываюсь, вспоминая свой график, — …давай в эту субботу?

— Может быть, совместим обед и ужин? И в промежутке прогуляемся? — с энтузиазмом произносит Богатырёв. — Погоду отличную обещают, а ты света белого не видишь в своей хирургии!

— Хорошо, я не против.

— Отлично! Увидимся! — довольно говорит мужчина. — Всё, не отвлекаю тебя!

— До встречи, — отключаю телефон, сую его обратно в карман и развернувшись, утыкаюсь в мужскую грудь.

Не поняла… Он что, шёл за мной всё это время?

— Никита Сергеевич? — делаю шаг назад, поднимая голову.

— Вы закончили? — с сарказмом говорит Добрынин.

— Если вы о моей смене, Никита Сергеевич, то я закончила её уже несколько часов назад, — говорю, прищурившись.

Вот ещё, мне и по телефону поговорить нельзя? Мужчина стоит передо мной, задумчиво рассматривая мою больничную униформу. Ну что ему опять не так? Я вдруг чувствую, что невозможно, невыносимо устала от всего этого. Ведём себя, как дети, поссорившиеся в песочнице! «В основном, конечно, он», — не могу не отметить мысленно. А ведь часто от нас обоих зависят жизни и здоровье тех людей, которые здесь лежат.

— Никита Сергеевич, — говорю вдруг нормальным голосом, как сказала бы любому другому человеку, — я очень устала и домой хочу. Вы мне что-то сказать, наверное, собирались?

— У вас есть домашние животные? — звучит внезапный и совершенно нелогичный вопрос.

— Да, кот, — отвечаю растерянно.

— Ну конечно, кот. Как я не догадался, — бормочет тихо зав. — Анна Николаевна, вполне вероятно, вас вызовут в субботу на работу.

— Откуда вы… — делаю глубокий вдох и закрываю глаза, потом открываю. — У вас плановая назначена? Мне нужно присутствовать?

— Н-не совсем, — он отступает на шаг.

— Тогда что? — я делаю шаг вперёд.