Заноза для хирурга (СИ)

Сажусь в машину, завожу двигатель и, не давая себе даже задуматься, еду знакомым маршрутом. А что я буду делать, если она дома? Например, со своим этим… Богатырёвым? Невольно сжимаю зубы так сильно, что челюстям становится больно. Буду решать проблемы по мере поступления.

Торможу перед Аниным подъездом, выхожу из машины, смотрю на окна квартиры — тёмные. Хрен знает почему, но я уверен, что ей не стало плохо или ещё что-то в этом духе. Код на входной двери помню, поднимаюсь на нужный этаж, звоню в дверь. Тишина. Звоню ещё раз и вдруг слышу мяуканье… Дарси!

Аня не смогла бы оставить кота одного надолго! А значит, нужно подождать — кто-то должен прийти. Подумав, решаю не сидеть в подъезде. Во-первых, не подросток, на подоконнике ютиться. Во-вторых, народ сейчас нервный, вызовут полицию, буду потом объясняться…

Спускаюсь, паркуюсь так, чтобы видеть окна, и остаюсь ждать. Спустя какое-то время мне приходит в голову, что сидеть я могу долго — не факт, что кто-то придёт именно сегодня и именно вечером. Но как представлю, что поеду домой, в пустую квартиру, становится до того тошно, что вопреки всякой логике остаюсь на месте. Здесь у меня сохраняется хоть какая-то иллюзия, что Аня не исчезла насовсем.

Чёрт знает, может кто-то там, наверху, решает сжалиться надо мной, но спустя полтора часа я вздрагиваю, увидев зажёгшийся в окне свет.

Дёрнувшись, открываю дверь и чуть не вываливаюсь из машины. Бегом заношусь в подъезд и взлетаю к квартире. Выдыхаю, успокаивая дыхание, и звоню.

Мне открывают сразу же. В дверях стоит незнакомец, вроде бы он только что заходил в подъезд, я отметил его краем глаза. И это не Богатырёв! Того я отлично помню! Не успеваю хоть что-то сказать, как мужчина, прищурившись, выдаёт:

— Здравствуйте, доктор Добрынин.

— Что вы тут делаете?! — я с трудом держусь, начинает пульсировать в висках. — И откуда…

— У меня для вас сообщение от Германа Эдуардовича.

Смотрю на него, тяжело дыша. Ничего не понимаю, какая здесь связь?

— Соболевский велел передать, — продолжает он, — чтобы вы ехали домой. В ближайшее время вы её не увидите.

Глаза заволакивает красной пеленой, я сжимаю кулаки, но мужчина поднимает руки.

— Я бы вам не советовал. Успокойтесь. Вы ничего этим не добьётесь, только хуже сделаете.

Фраза действует, как ведро ледяной воды на голову.

Делаю пару вдохов и выдохов. Этот… кто бы он ни был, прав. Я уже наломал дров, потому что не выяснил толком, что произошло.

— Что вы здесь делаете? — повторяю свой вопрос, справившись с голосом.

— Пришел присмотреть за котом, — пожимает плечами мужчина.

— Как вы узнали, что я буду тут?

— Я не знал, — отвечает ровно, равнодушно. — Мне просто сказали передать то, что вы уже слышали, в случае, если встречу вас здесь.