Запретная. Не остановить

Там и холодильник с напитками стоит, и очень удобные плетеные кресла с диванами. С тех пор, как мы поселились в этом отеле, я часто сюда прихожу. Каждый раз, когда становится особенно невмоготу.

Надеюсь, что все уже разошлись по номерам и я смогу посидеть немного в тихом, спокойном одиночестве.

Пересекаю холл, ступаю на балкон и едва убеждаюсь, что он пуст, вздыхаю от огромного облегчения."

"Народу сегодня прибавилось, и, признаться, я боялась, что это место облюбовала какая-нибудь из самых отвязных парочек. Те же Оксанка и Рада до сих пор где-то пропадают и, соответственно, не улеглись поэтому спать. До сих пор не вернулись с вечеринки, которую лично я покинула, едва возвратилась с прогулки.

Где-то вдалеке все же слышатся неясные разговоры и негромкий переливчатый женский смех, но здесь все спокойно и никого. Я решаю, что это хороший для меня знак.

Свет не включаю. Наливаю стакан воды и устраиваюсь в одном из кресел, стоящих подальше от входа. Пью неспешно, стараюсь выкинуть из головы все мысли, что не касаются предстоящей работы.

Марта Сергеевна права, слишком много труда я вложила, чтобы добиться того, что у меня сейчас есть. Я не могу взять, и на эмоциях все это бросить.

Эмоции — плохой советчик при устройстве карьеры, каждый раз повторяет она.

Да и куда я денусь без этой работы? Каждый месяц я выплачиваю аренду за квартиру, а если лишусь своего дохода… Общежитие мне не предоставят, потому что я перевелась на заочный и появляюсь в университете только на сдачу сессий. А домой…

Пока что путь туда мне, к сожалению, закрыт.

Когда Виола забрала меня с собственной свадьбы, все рвали и метали.

Обрывали телефон все. Тетя, мама, мама Володи. Даже безучастный ко всему папа позвонил со словами, что если я надумала идти против семьи, то и на их помощь тоже могу не рассчитывать.

Но сестра их всех отфутболила, сказав, чтобы не приставали и не давили.

Я объяснила ей, что согласилась выйти за Володю во многом как-раз и из-за тети, и теперь, если снова сбегу, ей может стать хуже.

— Придется ей это пережить, — отрезала на это сестра, все еще злясь, что я обещала ей не делать глупостей, а сама совершила.

— Но… если ей станет хуже… Если она умрет? — высказала я самый большой свой страх на тот момент, не считая, конечно, не менее сильного и изнуряющего страха за Гордея.

— Я, конечно, очень хорошо отношусь к тете Гале. Она всегда много помогала нам, и заботилась, и приютила тебя у себя, — парировала сестра. — Но, Арин… Если ей так хочется умереть по такому незначительному поводу, это ее выбор.

В этот момент как раз зазвонил телефон, и Виола приняла вызов вместо меня.

— Да, теть Галь, — произнесла в трубку деловитым тоном.