Запретная. Не остановить

Но несмотря на это я по-прежнему очень сильно хочу физически своего мужа.

Мы… у нас с ним часто близость, и в основном инициатива исходит от меня. Гордей старается быть максимально осторожным и не давит.

— Как у нас дела, Арин? — спрашивает Гордей, имея в виду не только мою беременность, но и общее состояние и настроение.

Но вопреки прогнозам Ви, я совсем не капризная, и перепадов настроения у меня особых нет. Хотя надеюсь, что когда она сама забеременеет во второй раз, то станет такой и предоставит Демьяну хорошую возможность проявить себя и как следует побегать вокруг нее.

— Все хорошо. Мне кажется, наш малыш уже начал толкаться, — произношу я с улыбкой.

— Правда?

Гордей поворачивается на бок, протягивает руку и устраивает теплую широкую ладонь на моем животе.

— Да, я почувствовала уже несколько раз, пока ты плавал, представляешь? Не уверена, но кажется…

— Это здорово.

И в этот момент малыш, словно поняв, что мы разговариваем о нем, толкается с новой силой. Губы Гордея расплываются в улыбке.

— Арин, я чувствую, — произносит он, и снова улыбается.

— Да, представь, это его ручка, или ножка.

— Или ее, — спорит со мной Гордей.

А потом склоняется над моим животом и прикасается к коже губами. Очень нежно целует. Я прикрываю глаза от удовольствия.

И да…

Я уже знаю, что он больше хочет девочку. Но я со всей уверенностью сообщаю ему, что мы не станем узнавать пол ребенка вплоть до самых родов.

— Это жестоко, Арин, — замечает на это Гордей.

— А мне хочется так, — пожимаю я плечами. — Ви тоже не знала до самых родов, даже когда делала УЗИ, попросила врача ей не сообщать. Тоже хочу сюрприз.

— Ну, если Ви…

Для Гордея не секрет, насколько сильным примером является для меня сестра. Мы уже договорились, что она будет присутствовать на моих родах. Ну, или хотя бы перед ними, во время схваток. Поддержит и подскажет. Если я вдруг начну паниковать, она своей заражающей все вокруг уверенностью вернет меня на землю.

Гордей тоже хочет присутствовать, мы это уже пытались обсуждать, но пока что, чисто теоретически. То есть, он не уверен, что сможет оставаться спокойным, а я не уверена в себе, потому что, наверное, это будет выглядеть не слишком презентабельно, и я пока стесняюсь…

Если честно, и сейчас… Я поправилась уже на целых шесть килограммов, и примерно столько же еще впереди. Как все это будет…

— Ты очень красивая, Арин, — говорит мне Гордей, словно считывая мое волнение, и снова меня целует, но теперь уже в губы. — Люблю.

— Я тоже люблю тебя, Гордей. Мне… так хорошо с тобой, так хорошо, — бормочу я, и растворяюсь в его новом крайне чувственном поцелуе.

В его нежностях, что шепчет мне на ушко, в его неторопливых, но таких умелых и чувственных ласках.