Записки уголовного барда

Закончил, вложил в конверт и, не заклеивая крыла, захлопнул между страницами. Книга была – рассказы О'Генри. Ее мне любезно, на просьбу почитать что-нибудь повеселее, дал Мустафа.

Проснулся я от резкого толчка в плечо.

– Подъем, подъем… Новиков, подъем…

Шнырь Дима бегал по проходу и выборочно толкал спящих, называя фамилии:

– Собинов, подъем…

Я поднял голову. На меня с соседнего шконаря сонно глядел Собинов.

– Куда подъем? Что, утро уже? – ворчал он.

– Сколько времени? – спросил я его. – Что за новости?

Шнырь торопливо будил мужиков:

– Ночное звено!., вставай… вставай!

– На погрузку… Опять, бля, на погрузку вагонов, – процедил кто-то из глубины барака.

Народ начал копошиться, собираться на работу.

Мы с Толей вышли, закурили. Времени был третий час ночи.

– Ну вот, блядь, началось. Вагоны по ночам грузить, – мрачно бубнил он. – Ни поспать, ни пожрать… Слушай, а какое право они имеют на работу ночью выгонять? Я же спал всего два часа? – обратился он к кому-то из курящих рядом.

– А здесь это по хую! Здесь день и ночь не различают. Чтоб спать только ночью, а работать только днем – не канает.

Мы стояли в стороне и гадали, по какой такой причине мы выходим не утром со всей бригадой, а звеном в два десятка человек, глубокой ночью, да еще на погрузку.

Ко мне подошел чернявый смуглый парень, протянул руку и с непонятным легким акцентом представился:

– Познакомимся… Меня Славка зовут. Не удивляйся, что немного с акцентом говорю – я болгарин. Нас тут несколько человек по одному делу.

Славка сразу чем-то мне понравился. От него веяло спокойствием, правдивостью и мужеством.

– Пойдем в сторонку, а то тут одни уши, – тихо сказал он.

Мы пошли к калитке.

– Это Грибанов, скорее всего, приказал тебя прессануть. Ты, говорят, с ним с первого дня поцапался?

– А ты откуда знаешь?

– Здесь все долетает вмиг: один сказал, другой – передал… Через пять минут вся зона знает.

– А ты здесь давно?

– Уже больше года. До этого на разделке работал. А тут на свиданку родственники приезжали. Посылку получил. А грев завез не через Захара, а через наших – на лесозаводе один болгарин имеет возможность. Ну, короче, с этими блядями не поделился, вот на измор и поставили, вагоны грузить по ночам. Адская работа. Тебя, смотрю, тоже решили – под молотки.

– А с какими блядями не поделился?

Славка так искренне удивился, что даже встал как вкопанный."

"– Как с какими? С Захаром, с Лысым, с Петрухой… Это, Александр, не простые ребята. Еще увидишь, что это за люди. А меня сейчас будут морить, пока денег не принесу или половину жратвы не отдам. Хуй им! Меня морить бесполезно – с работой я справляюсь. Просто сейчас загнали на погрузку, чтоб все видели: вот, смотрите, у Керина свиданка была недавно, а сразу после нее – на вагоны. Делайте выводы.