Заставлю тебя полюбить

 — Как ты мог? — нахмурившись, злобно спросила девушка. В ней тлел огонь, что распалился сначала после развода, а затем и после новости о задании. И если на какой-то миг ей и удалось забыть это все, то сейчас все воспламенилось с новой силой.

Было слишком много проблем, которые не решаются по взмаху волшебной палочки. Была боль, обида, а еще было отречение от нее. Он от нее отказался, как ни крути, как ни называй, он вычеркнул ее из своей жизни.

— Мил.

— Нет. Как ты мог, Ракитин? Ты думаешь, я девочка для битья? Что меня можно забрать, присвоить, застолбить местяк, а затем вернуть назад. Как игрушку? А зачем она еще нужна, да? — сейчас в голосе девушки звучала сталь. Да, она заслужила этот всплеск. Эмоций, боли, чувств. Всего. Она заслужила и имела полное право высказаться в том ключе, в котором и высказывалась.

Саша стоял и молча принимал ее слова.

— Я не понимаю, как ты мог. Просто зачем? В чем смысл, Ракитин? Проучить меня, чтобы я прибежала к тебе с высунутым языком и на задних лапках?

— Никогда в жизни я бы такое не сделал, — прервал поток Милы Ракитин. Он нахмурился, каждое слово делало его еще смурнее. Желваки заиграли на лице, было видно, что он в корне не согласен с Багировой, но Мила только распалялась.

— А что тогда? Просто причинить мне боль?!"

"— Я никогда не хотел причинять тебе боль! — Ракитин впервые повысил голос и задышал тяжело, словно марафон пробежал. И Багирова жадно глотала воздух, всматриваясь в глаза Саши. Он был взбешен, и эта ярость искрила между ними невысказанными упреками.

— Да, именно поэтому ты свалил на очередное задание, которое чуть тебя не угрохало! — девушка вскинула руку и указала на перебинтованную конечность. Если Миле казалось, что Саша был хмурый до этого, то она очень ошибалась. Нет, именно после этих слов он стал темнее тучи.

— Задание к нам не имеет никакого отношения, у меня не было выбора. И я бы пошел в любом случае, поругались бы мы или нет, Мила. Есть вещи, которые выходят за пределы ссор и отношений, и они могут быть слишком серьезными. Надеюсь, ты не считаешь меня соплежуем, который специально пошел и получил ранение, чтобы заполучить девушку. Потому что это все настолько чересчур, что даже на голову не налезет.

— Я… просто… — Мила не знала, что и сказать, но реакция мужчины ее испугала. На какую-то долю секунды.

— А что до развода, я хотел обнулить все и дать тебе выбор, Мила. Хотел нормально, как у всех, хотел пытаться завоевать тебя честно, хотел, чтобы ты сама пошла ко мне, чтобы стала моей не потому, что так вышло, и пути назад нет, а потому что ты сама этого хочешь.

Услышав это, Мила практически распалась на атомы. Что? Что он вообще собирался? Сначала? Все сначала? «Он проиграл сражение, но не войну».