Завороженные

В те времена была большая война, переселения народов, нашествия кочевников… Конечно, занятие не для неженок и трусов: дикие звери, всевозможные хищники, кентавры, негде раздобыть провизию, а то и воду. В более отдаленных областях к тому же появляются конкуренты из восточных царств, а то и кочевники забредают. Да и собратья по ремеслу порой не прочь подстеречь удачливых добытчиков… Если повезет, из мертвых городов можно принести немало интересного. От всякого хлама, за который ученые тем не менее кое-что платят, до драгоценностей, которые можно продать быстро и выгодно.

Власти на них, в общем, смотрят сквозь пальцы — Вольные Старьевщики бродят по землям, не входящим в империю, а то, что они приносят, нехороших сюрпризов в себе не таит. Совсем другое дело — заброшенные города цвергов, Черные Города… Вот там попадаются вещички, от которых порой приключается немало скверного…

— Но ваши старьевщики все же и туда проникают?

— Вы знали или догадались?

— Догадываюсь, — сказал поручик, вспомнив клятых бугровщиков. — такова уж человеческая природа…

— Вот именно. Самые отчаянные ищут и Черные Города, а получив о них сведения, пускаются в дорогу.

И вот тут уже становятся нашими гостями. Давным-давно изданы строжайшие указы: все добытое в Черных Городах, а также старинные карты, где указаны таковые, следует немедленно сдавать властям — за вознаграждение, не даром. Но, как вы точно подметили, такова уж человеческая природа… Есть любители, способные заплатить гораздо больше, чем власти. Дальнейшее, полагаю, объяснений не требует?

— Да, все и так понятно, — сказал поручик. — Потаенная торговля, несмотря на тяжелые кары… Значит, и ваш Сторри — из этих?

— До сих пор он вроде бы обходил стороной и Черные Города, и все, что с ними связано.

Но мало ли какие метаморфозы с людьми происходят, тем более если они занимаются столь занятным ремеслом… — Элвиг задумчиво помолчала. — Припрем к стене и порасспрашиваем, куда он денется. Если только не отправился в очередные странствия…

Дальше они ехали молча. Уже совсем стемнело, и повсюду на столбах зажглись фонари — молочно-белые шары, распространявшие довольно яркий свет, вполне, может быть, что и электрический.

Они снова вернулись в богатые кварталы: ухоженные парки с мощеными дорожками, залитые разноцветными огнями лодки на реке, богато иллюминированные дворцы и особняки, конные статуи на больших лужайках, почти полное отсутствие на тротуарах людей с непокрытыми головами…

— Ну разумеется, «Золотой герб», — хмыкнула Элвиг, — одна из лучших гостиниц города. Красавчик, хотя ему и закрыт доступ в добрую половину приличных домов, все же из благородного сословия не изгнан и любит пожить на широкую ногу.