Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

Славно вышло, – неожиданно улыбнулась бабка, поднимаясь. – Не должен дом пустым быть.

* * *Потихоньку Елисей начал возобновлять тренировки, привлекая к ним и ребят. Мишка, как более опытный, регулярно подсказывал новичкам, что и как делать. Не ожидавшие таких нагрузок братья поначалу едва не плакали, но потом, втянувшись, старательно выполняли все показанные им упражнения. Помня, что мальчики еще растут, Елисей постоянно просил бабку Радмилу готовить им сытные, калорийные блюда. Иногда даже доходило до спора.

Увлекшись, парень забыл, что местное население живет, соблюдая все религиозные правила, поэтому посты в крепости соблюдались регулярно.

Но пост и жесткие тренировки не вязались, и Елисей, плюнув на все условности, своим волевым решением велел бабке готовить все блюда с мясом. Услышав подобное, Радмила его едва клюкой не отходила, но потом, выслушав его, только удивленно проворчала:

– Хоть и не по-божески, а, похоже, знаешь, о чем говоришь. А все одно неправильно это. А ежели наш поп узнает, так и анафеме предать может.

– Я этому патлатому за такое лично язык вырежу, – зарычал Елисей, окончательно выйдя из себя.

– Господь с тобой, Елисей, ты чего взбесился?! – изумленно пролепетала бабка. – Да приготовлю я вам все, как скажешь. Нашел беду, – отмахнулась она, явно пытаясь успокоить парня.

– Прости, бабушка, – взяв себя в руки, повинился Елисей. – Просто надоело мне на него оглядываться. Я тут пытаюсь серьезное дело сладить, а этот долгогривый только и делает, что мне палки в колеса вставляет.

– Уймись, Елисей. О человеке, церковным саном наделенном, говоришь, – попыталась урезонить его Радмила, но парня уже понесло.

– Сан, это еще не защита от глупости, – в последний момент успев переиначить пословицу из своего прошлого, ответил Елисей.

– Надоел, пьянь.

– Прости его, Господи, – быстро перекрестилась бабка.

Их спор оборвал дед Святослав. Без стука вой дя в дом, старик окинул обоих внимательным, быстрым взглядом и, вздохнув, спросил, тяжело опускаясь на лавку:

– Чего буянишь, парень?

– Да так, не сдержался, – смутился Елисей, окончательно беря себя в руки."

"– Сказали мне, что ты мальчишек учить взялся. И учишь их всему, что сам выучил. Так ли?

– Так, дедушка, – не стал отрицать очевидного Елисей.

– Добре. И к чему это? – вдруг задал старик неожиданный вопрос.

– А кто их еще обучит? – чуть подумав, осторожно поинтересовался парень. – Да и что из них в приюте вырастет? Родичей-то нет.

– Так-то оно так, – кивнул Святослав. – Но что из них ты вырастить хочешь?

– Пластунов, – скупо улыбнувшись, честно ответил парень. – Наших пластунов. Настоящих. Которым и громовую стрелу не стыдно вручить будет. Ребятишки-то из настоящих родов. Казачьих.

– Тоже верно, – помолчав, вздохнул дед.