Ты у меня одна

Окситоцин и при стрессе тоже выделяется. Так что считай – я с тобой уже на сегодня наобнималась. Ты меня прям с ног до головы облапал.

— То есть, я могу тебе просто нервы потрепать, и ты уже закайфуешь. Как здорово. — В ответ Алёна глубоко вздохнула, пытаясь сдержать накатившее раздражение. — Ладно, не нервничай, — миролюбиво сказал Шаурин и вышел.

— Ваня, — напряженно сказала мать, когда снова увидела сына, — а нельзя было сделать все как-то по-другому? Цивилизованно, что ли. Вот у девушки на лице написано, что ты ее сюда силком приволок. Нужно было предупредить, дать ей время подготовиться. Поужинали бы вместе. Или пообедали. Ты знаешь, что отца сегодня дома нет. Почему нужно было устраивать все вот так?

— Потому что в другой день, если дать ей время подготовиться, у нее обязательно будут свои заморочки. Она сделает все как надо. Будет вести чинные беседы, говорить то, что вы хотите услышать, и выглядеть так, что обязательно вам понравится. А знакомство с отцом, мама, это элемент совершенно другого шоу. Вот к этому она точно еще не готова.

— Ванечка, а ты, вероятно, хочешь, чтобы она нам не понравилась? — посмеялась Катя. — Я ее пару раз видела со Светкой. Прикольная она деваха. Такая… — задумалась, подбирая слово, — с юмором. Точно! С юмором. Тебе, наверное, с ней весело.

— Я прям тащусь.

— Я вижу.

Катька залилась смехом.

Так долго и тщательно Алёна еще никогда не мыла руки. Вернувшись на кухню, Ваню там не застала. Его мама уже расставила на большом обеденном столе чашки и разлила чай.

— Может быть, хочешь с лимоном?

— Не откажусь, — согласилась Алёна, хотя чай с лимоном не любила. Но согласилась, чтобы не начинать разговор с отрицания.

— Катюша… — обратилась Юлия к дочери, и та без лишних слов достала из холодильника лимон и взялась за нож.

Юлия Сергеевна села за стол и взглядом пригласила Алёну. Тут сложно было разобраться, чья больше заслуга в установившемся понимании — то ли Ванина мать имела способность выражать свою волю лишь взглядом, то ли сама Алёна ее на каком-то ином уровне уже почувствовала.

— Только не надо говорить, как ты рада со мной познакомиться, и что мой сын много про меня рассказывал. Это неправда. Очевидно, что обо мне ты знаешь ровно столько, сколько я о тебе, — сказала Юлия, не дав Алёне раскрыть рот.

Девушка сначала смущенно застыла, а потом смело согласилась:

— Да, все так. Тогда можно вы сразу обдадите меня самым презрительным взглядом, а я не буду мило улыбаться и делать вид, что мне безумно хорошо и приятно в этот момент."

"После этих слов во взгляде женщины появилось высокомерие, которого раньше не наблюдалось.

— Пфф, какой ужасный стереотип. Почему ты считаешь, что я обязательно должна обдать тебя презрительным взглядом? — с усмешкой покачала головой.