Ты у меня одна
Предупреждение для любителей жанра и нейтральных любопытствующих: В тексте присутствуют сцены эротического характера, претензии о моральном ущербе не принимаются) Любовь — игра азартная, и выигрыш в ней достается беспечным, а не благоразумным. Но если ты не готов рисковать по-крупному, эта игра не для тебя. От автора: Мои почтеннейшие и любезнейшие читатели! Итак, я предлагаю Вашему вниманию очередной роман из серии «Стая». История посвящена Ивану Царевичу сыну Дениса Шаурина. Не могу в двух словах обрисовать, чего Вам ждать, дорогие мои. Зато точно могу сказать, чего в этой истории не будет. Не будет насилия — ни морального, ни физического, — ибо герой любит героиню нежно и трепетно *и очень часто*) Не будет обсценной лексики, — ну если только разочек, когда героиня доведет героя до белого каления. А будут — большая и чистая.., бабочки в животе и розовые бегемотики) Ах да, если написанное нашло в Вашей душе отклик, не сочтите за трудность — поделитесь впечатлением. Отзывы читателей очень способствуют плодотворному творческому процессу. А иначе всю порнушку запру в блог и буду тихо грустить за кадром. Все исключительно цензуры ради, а не из-за рейтинга, будь он неладен! Шутка. Выдохните) Удачи всем нам. Игра начинается. С глубочайшим уважением, Ваш Автор.
Ты же знаешь, для лучшей результативности время от времени надо обязательно менять вид деятельности. Так что будем чередовать.
— Я выживу после этого?
— Должна. — Двинулся вперед, оттесняя ее к кровати. — У тебя стрессоустойчивая психика и познавательный склад ума. — Не прикасаясь к ней руками, легко поцеловал упрямо сжатые губы. — Раздевайся, начнем обсуждать актуальность проблемы твоего научного сообщения. Рассмотрим ее со всех ракурсов.
Когда поцеловал Алёну второй раз, она уже стала мягкая и податливая, как горячий воск…
На следующий день Алёна долго слонялась из угла в угол и никак не могла найти себе место для работы.
Все-таки привычная атмосфера много значит: у нее дома комната для работы маленькая, и кажется, что разум ограничен стенами, потому мысль работает четко и продуктивно. А у Шаурина все комнаты огромные, никак не сосредоточиться.
В конце концов решено было разместиться на кухне за барной стойкой, спиной к черным глянцевым шкафам.
— Ничего себе, как все серьезно. Прям запаковалась вся. — Ваня оттянул и без того широкую горловину тоненькой кофты и подцепил пальцем узкую бретельку белой майки.
— Конечно, — улыбнулась Алёна и повела плечом, оголив его еще больше, — не могу же я думать о важных вопросах полуголая.
— Это да, я вот тоже в свой кабинет в шортах с пальмами не захожу, чувствую себя неуверенно.
Алёна поперхнулась чаем.
— Прекрати уже издеваться.
— И в мыслях не было. Скажи-ка мне, а почему ты пошла в психологию?
Шаурин смотрел на нее внимательно, наверное, настроился на интересную историю, но Алёна пожала плечами и скупо ответила:
— У меня был выбор – стоматологом стать или психологом. Вот сдуру и решила, что у психолога работа почище.
Перевела взгляд на свою тарелку и подумала: кусок шоколадного торта после такого плотного обеда будет явно лишним.
— Да, твой ответ в красках объясняет, почему ты пошла в психологию, — не забыл уязвить.
— С цифрами у меня всегда было туго, — спокойно встретила его насмешку, — я полнейший гуманитарий. Потому пошла туда, где нужно читать и писать. И еще много разговаривать.
Не соврала, но и всей правды не сказала. Все детство ее мучили кошмары.

















