Землянин

— Пустые, говоришь? А это что?

Ник молча смотрел в сторону, зато громила, которому возглас начальника дал отличный повод перестать ковыряться в тряпках, залитых блевотиной и мочой, заинтересованно повернул голову.

— Я тебе уже говорил, стюард, меня не обманешь! — старший охранник победно воздел палец, после чего повернулся к громиле и небрежно спросил:

— Что там?

— Тряпье, все в блевотине и моче, — сморщившись, произнес тот и небрежно пнул мешок ботинком. Сердце Ника дало перебой. Ботинки персонала, которые носили здесь все — охранники, стюарды, официанты, медики, пилоты, техперсонал и так далее, представляли из себя некие «чешки»[6] на очень тонкой подошве.

Для передвижения по палубам лайнера ничего более не требовалось. Да тут вообще можно было ходить босиком. На многих частных транспортах, кстати, так и делали. Но для пассажирского лайнера высшего класса это было бы совсем не комильфо. Так что одетая в подобную «обувь» нога громилы при ударе вполне могла почувствовать упакованные бутылки. Однако обошлось… Старший охранник величественно кивнул и, подойдя к люку коридорного утилизатора, вытащил пробку из початой бутылки трейни, извлеченной им из первого мешка, после чего окинул Ника торжествующим взглядом и с гордым видом опрокинул бутылку над открытым зевом утилизатора. Лицо Ника перекосилось. Впрочем, стоящий рядом громила так же рефлекторно поежился, наблюдая за тем, как пойло стоимостью полторы тысячи лутов за бутылку исчезает в утилизаторе.

— Я тебе уже говорил, стюард, что меня невозможно обмануть, — еще раз торжественно произнес старший охранник, после чего швырнул опустошенную бутылку Нику и горделиво двинулся в сторону лифтов.

Ник проводил его унылым взглядом, а затем взвалил на свои плечи два мешка и двинулся в ту же сторону."

"Первое время ему стоило больших усилий не расхохотаться над этим типичным представителем племени мелких начальников, основное предназначение которых, как известно, по-мелкому же гадить и при любом удобном случае демонстрировать свою власть. Обманывать этого урода было легче легкого. Он был непоколебимо уверен, что, с одной стороны, человек — это полное дерьмо и всегда будет пытаться словчить, обмануть и как-то обогатиться, а с другой, его убогого умишка не хватало на то, чтобы представить нечто большее, чем стащить из бара бутылку дорого пойла или присвоить какой-нибудь дорогой аксессуар, который потом можно загнать в какой-нибудь терминальной лавке едва ли за одну десятую цены.

Поэтому Ник быстро научился подсовывать гра Нувэлю столько, сколько было достаточно для удовлетворения его мелких амбиций, спокойно пронося, так сказать, контрабанды на куда большую сумму… Других проблем, кроме гра Нувэля, он не опасался.