Землянин

Страшила уставилась на него испытующим взглядом, а затем тихо спросила:

— И какой коэффициент?

Ник настороженно покосился на нее, попытался улыбнуться, но затем, поняв, что в таком состоянии заболтать Трис или еще как-то увильнуть от ответа не получится, вздохнул и произнес:

— На этот раз — семь и девяносто два.

Страшила взвилась.

— Охренел?! Нет, много дураков видела, сама такая же, но такого, как ты… Это ж надо — тебе как, совсем мозги лишние, что ты их сварить пытаешься? — тут она насторожилась и уточнила: — Постой, ты сказал: «На этот». Так ты что, и до этого, всю дорогу от станции, учил базы под разгоном?

— Партнер, не ори, а? — жалобно сморщившись, попросил Ник. — В висках отдается… А куда было деваться? Мне до подхода к лузитанцу надо было выучить всю лузитанскую базу, иначе соваться к нему просто не стоило. Я тупо не смог бы правильно запрограммировать коннекторы. Но тогда я использовал разгон с коэффициентом пять и один, — он вздохнул. — Хотя и это был не сахар…"

"Просьба сработала наполовину. То есть, орать Страшила перестала, зато стала шипеть, как разъяренная змея. Ник некоторое время пытался игнорировать это шипение, но затем не выдержал и жалобно заговорил:

— Трис, успокойся, я уже все, больше медикаментозный разгон использовать не буду. Все остальное буду учить только под тем, что обеспечивается работой медкапсулы. Ну, честно. Просто то, что я учил сейчас, надо было выучить срочно. Мне нужно в течение суток окончательно разобраться с дешифрационным комплексом, а потом нам надо будет двигать к лузитанцу. Коннекторы уже должны выстроить сетку. Но если ты меня прибьешь, я хрен все это успею. Давай перенесем разборки на чуть попозже? Ей-богу, больше толку будет. Ты мне потом за все сразу жопу надерешь, обещаю.

К лузитанцу они отправились через тридцать часов, когда перенастроенный Ником ремтехкомлекс смог перекачать атмосферу из отсеков линкора в резервуары и выделить из нее азот. Затем они заправили им баллоны, используемые в качестве двигателей в непосредственной близости от лузитанского транспорта. Других вариантов не было. Рискни они использовать в момент наибольшего приближения хотя бы даже и маломощные маневровые, турели непосредственной обороны мгновенно превратили бы «Паучок» в облачко раскаленного газа. Ну а как еще должна отреагировать активированная система непосредственной обороны на засечку импульса работающего двигателя летательного аппарата, не прописанного в корабельной командной сети в качестве «своего»? Выброс азота же в качестве работающего двигателя не идентифицировался. Пари́т какой-то обломок — ну и пусть себе парит…

На этот раз приближаться к лузитанцу столь же близко, как и в первый, они не стали. Не было необходимости.