Ждите неожиданного

От меня мало толку, но подать стакан воды с марганцовкой и таз, когда рвёт, способна даже я.

– Ну вот, – сказала Таша Степану. – А мы всё проспали! Вместо того чтобы помочь!

– Я так понимаю, ты ей жизнь спасла, – заметил Степан. – Ты уж окончательно-то… не геройствуй. Не через край.

– День прекрасный у нас впереди-и-и, – пропела Розалия и поправила плед. – Вы совершенно правы, дорогой Степан Петрович. Нужно уметь останавливать себя даже в самых лучших и благородных проявлениях. Иначе вы возьмёте на себя слишком много, как потом нести? Не унесёте, и вам будет стыдно – вы ведь уже взялись!

– Вы философ, Розалия Карловна!

– А ты только сейчас заметила? Мой сладун замучился тоже.

Хозяйка покинула его, и он остался на моём попечении, а я не могла как следует о нём заботиться, потому что заботилась о Ксении. Сейчас мы это восполняем.

Тут она окинула их острым взглядом, усмехнулась и велела отправляться в каюту – приводить себя в порядок перед завтраком.

– А вы? Вам помочь?

– Мы ещё посидим немного. Так хорошо просто сидеть на палубе с собакой!.. Вы ещё молоды и не можете понять, что в этом и состоит счастье – сидеть с собакой на палубе парохода, когда начинается утро.

Вам нужно другого счастья. А нам это как раз по размеру.

В «резервной каюте» они долго принимали ванну, потом ещё валялись и даже заснули!.. И проснулись, только когда теплоход загудел басом и стал поворачивать.

Степан вскочил, выглянул в окно и известил:

– Павлово. Володя должен быть уже здесь.

И стал торопливо одеваться.

– Владимир Иванович? – Таша, сидя на кровати, вытянула шею, пытаясь тоже заглянуть в окно.

 – А как он здесь?.. Он же вчера в Нижний уехал. На машине!

– Он сюда должен приехать.

– Но это же очень далеко!

– Отсюда до Нижнего? Километров двести, так что должен успеть. Маленькая, я пойду, а ты можешь ещё полежать.

– А ты куда пойдёшь? Можно я с тобой пойду?

Степан поцеловал её, вышел было, но вернулся и ещё раз поцеловал.

– Я здесь, никуда не денусь. Не торопыжничай. Ничего сверхъестественного не начнётся.

…Какое прекрасное слово – не торопыжничай!.. Это дедово слово, больше Таша ни от кого его не слышала.

Она старалась тянуть время – «не торопыжничать», – но всё равно собралась очень быстро. Таша заставила себя перебрать немногочисленные наряды, чтобы решить, в чём именно она сегодня будет особенно прекрасна, ничего не решила и надела джинсы и белую футболку.

…Почему Наталья Павловна в такой одежде выглядит по-королевски, а она, Таша, совершенно обыкновенно, даже затрапезно? Вот загадка.

В салоне верхней палубы, куда она первым делом заглянула, официанты накрывали завтрак.