Ждите неожиданного

Мы договорились на следующий день всё поделить и разойтись по-тихому. Только я не мог… разойтись. Я как вспоминал этого лекаря и сколько кровищи было, так сразу… прямо плохо мне, плохо!

– Да чего ты скулишь-то, – не выдержал Степан. – Плохо ему! Сволочь ты и червяк поганый, скулит ещё!..

– Не, не, я ничего, – перепугался Владислав. – Я целый день в каюте пил, а Сашка на берег форму выкинул, её док кровью залил. Вечером поругались мы, нам же всё поделить было надо и разойтись, а он говорит – нет, ещё одно дело сделаю, тогда и разойдёмся. Это он, видать, Ксению имел в виду.

Владислав шмыгнул носом.

– Красивая история, – оценил Владимир Иванович. – Первый сорт.

И повернулся к дверям:

– Майор, забирай его! Только вместе их не вздумай посадить, тот придурок его задушит!

– Меня?! – перепугался Владислав. – Меня?! Не надо, я не хочу! К нему не хочу! Он меня точно убьёт! Убьёт! А я жить должен!

Не слушая и морщась, Владимир Иванович продолжал:

– Ты всё слышал? На чемодане том наверняка где-то пальцы остались.

– Нет, – встрепенулся Владислав и посмотрел с надеждой. – Мы в перчатках были!"

"– Да иди ты! – сказал Владимир Иванович уверенно.

Владислав замер, прикрыл глаза, стал шевелить губами, изменился в лице и позеленел.

– Ну так я и думал. Сняли. Вы же люди умные, пробы ставить негде. А фомку куда дели? За борт кинули?

Владислав кивнул.

– Ясное дело. Значит, украденные ценности изымите с понятыми, а того, второго, нужно ещё на отпечатки проверить, которые остались на коробке со снотворным. У него коробка в каюте должна быть, а у Таши в тумбочке блистер.

– Что такое блистер? – спросила Ксения безучастно.

– Это такая упаковка с таблетками, как полоска алюминиевая, – пояснила Лена. – В пачке бывает три или четыре блистера.

– Уводите, – распорядился Владимир Иванович. – С глаз долой, так сказать…

– А что со мной будет? – спросил Владислав и обвёл всех глазами. – Что будет-то, а?.. Я не убивал, я никого не убивал!..

– Государственную премию тебе дадут, – пообещал Степан, – и грамоту почётную.

Когда Владислава вывели, показалось, что в салоне стало очень просторно, как будто вынесли громоздкую пыльную махину, на которую все натыкались и никак не могли её обойти.

– А вы, уважаемая? – Владимир Иванович повернулся к понурой Ксении. – У вас здесь что за дела такие? У вас же здесь дела!

Она подняла глаза и посмотрела сначала на него, потом почему-то на Розалию, которая всё гладила собаку и помалкивала.

– Я должна завести дружбу со Львом Хейфецем и представить его своему покровителю.

– Ой, боже мой! – воскликнула Таша, не ожидавшая ничего подобного. – Зачем?!

– Он хочет ему что-то предложить. В смысле, мой покровитель!..