Жена на выход

Ты в курсе, что ей грозит за это здесь, в Эмиратах?

Я ошарашенно округлил глаза и медленно опустился на стул, стоящий рядом. Я был наслышан, что по строгому законодательству ОАЭ употребление наркотиков карается тюремным заключением вплоть до пяти лет. Но как эта дрянь попала в организм Карины? Неужели Аман подсуетился? Убью гада! Нет, сначала вытащу свою жену, а потом убью гада!..

— Это какое-то недоразумение, — просипел я. — Она никогда не…

— Никто разбираться не будет, факт есть факт. Если бы на моем месте был другой врач, да еще и араб, сдали бы уже твою благоверную в руки доблестных органов правопорядка. Здесь с наркоманами разговор короткий, — заговорщическим шепотом сказал Иван.

— Полегче с выражениями, ты о жене моей говоришь! — не выдержал я.

— Ты не в том положении, чтобы права предъявлять, — ответил с издевкой, а потом порвал листок со злополучным анализом и продолжил серьезно. — Короче, поступим там. Сейчас я ее быстро прокапаю, напишу тебе, чем ее дома отпаивать и что делать… И вы тут же испаритесь, будто и не было вас в этой клинике, понял?

Иван резко поднялся с кресла и взмахом руки поманил меня за собой, покидая кабинет. Мы молча преодолели длинный светлый коридор и вошли в одну из дверей. То, что это нужная нам палата, я понял по доносившемуся оттуда голосу Карины. Она о чем-то спорила с медсестрой и грозно требовала «Макса».

— Нет, позовите моего мужа! — по-английски приказала она растерянной женщине лет пятидесяти, а та лишь пожала плечами и перевела жалобный взгляд на Арсеньева, будто ища поддержки.

— Я здесь, Карина, не шуми, — подошел я к разъяренному дьяволенку, пока Иван давал какие-то распоряжения медсестре.

— Почему я здесь? Зачем ты привез меня в клинику? — обратила весь свой гнев на меня, а я лишь улыбнулся тому, что она хотя бы немного пришла в себя. Однако ее взгляд все равно был каким-то уставшим и мутным.

— Ты потеряла сознание и… — спокойно начал я, но Карина не дослушала.

— Это не повод тащить меня в больницу! — процедила она, прищурив глаза и стреляя в меня янтарными молниями. — Забери меня домой, немедленно! — приподнялась на локтях, но тут же обмякла и бессильно уронила голову на подушку.

— Карина, послушай, — попытался убедить ее, однако в этот момент к нам вернулась медсестра."

"Карина перевела на нее свое внимание и округлившимися от страха глазами смотрела, как та готовит капельницу. Когда женщина подошла ближе с иголкой в руке, дьяволенок сложила руки на груди, не давая добраться до своих вен, и насупилась. Медсестра беспомощно взглянула на меня. Жестом попросил ее отойти, после чего сел рядом с Кариной и погладил по плечу.

— Так надо, не сопротивляйся, — ласково уговаривал ее. — Твое состояние серьезней, чем ты думаешь.