Живу тобой
Зависть превратила моего младшего брата в злейшего врага. Он не остановится ни перед чем, лишь бы доказать, что лучше меня. Я многое прощал ему, отмазывал от неприятностей. Но сейчас все будет иначе. Ставки слишком высоки. Ведь брат решил отобрать мою Тину. Осталось доказать Вершинской, что она — моя женщина. Только как это сделать, если ее глаза горят ненавистью ко мне?
И уже двадцать пять лет значится Эмилией Молотовой. Никитка мой как-то проболтался, что эта Эмилия, — Верочка в воздухе взмахнула пальцами, демонстрируя кавычки, — за месяц свела мать Самуила Георгиевича в могилу. Старик Молотов обожал свою стриптизершу. И после смерти жены узаконил отношения. Гнилая тетка.
— Я так и поняла, — кивнула я.
— И сынок ее, — еще тише произнесла Вера, — Вы с ним осторожнее. Не удивлюсь, если это он…. И Севку задело.
Верочка загрустила. Понятно, что за брата любимого мужа девушка волновалась. Но такая уж была работа у Главковых. Приходилось рисковать жизнью в интересах клиента.
И мне тоже стало грустно. Полученная от Веры информация не очень удивила меня. А после того, как наши с Сэмом отношения стремительно перекочевали на новый уровень, смутное беспокойство настойчиво скреблось в душу.
Сэм Молотов — невероятный мужчина. И да, у него опасный бизнес. Я это и раньше знала. А вот сегодня четко поняла, что и он — смертен. И не факт, что кто-то из обозленных бизнес-партнеров, врагов, да та же мачеха или ее сынок, не наймут умелого человека, чтобы прервать жизнь Самуила.
В жизни всякое бывает.
— Не переживайте, Тиночка, — Вера несмело коснулась моей ладони своей рукой, — Самуил Георгиевич — большой молодец. А мой муж опытный профессионал. И Сева тоже. Все будет хорошо. Скоро они вернутся и поедем в отпуск.
— Неплохо звучит, — кивнула я, — Вера, мне бы связаться с родителями. Свой телефон я выронила в машине. Можно воспользуюсь местным?
— Зачем местный? — удивилась Вера, подскочила на ноги, помчалась в приемную и вернулась через минутку. — Вот! Охрана принесла, весте с вашим багажом.
Я не знала, как у Молотова это выходит.
— Скажите же, что он шикарный? — с благоговейным трепетом вздохнула Верочка, рассмотрев улыбку на моем лице.
Но тут же торопливо Вера добавила:
— Нет, вы не подумайте ничего лишнего! Я просто прямо таки восхищаюсь Самуилом Георгиевичем! Не в том плане! Честно! Я мужа люблю! А Самуил Георгиевич мне как старший брат, что ли.
— Верочка, вы чудо! — рассмеялась я, качая головой.
Вера была права. Молотов — шикарный мужчина. И мне вполне понятно слепой поклонение секретарши. Кажется, своему шефу девушка готова была простить все, что угодно, включая вспышки ярости. Ведь не каждый станет кричать своим подчиненным ""Пошли вон!"". А Верочка даже после подобных финтов обожала босса.
— Вы тоже мне нравитесь, Тина! — заулыбалась Вера, повергнув меня в смущение.














