Живу тобой

Я не видела его лица, но чувствовала, что мужчина напряжен, да и голос его был довольно резким. Кажется, беседа не нравилась Самуилу. А когда мужчина увидел меня, то и вовсе прервал звонок.

— Проблемы? Наш отпуск закончился? — предположила я, застыв в нерешительности перед Сэмом.

Молотов стремительно поднялся на ноги, тут же нависая надо мной. Да, мой рост был довольно высоким для девушки, а Сэм все равно был выше меня.

И это мне очень нравилось.

— Хрен им всем, Тиша, — грубовато пробормотал Самуил. — Эта неделя только наша.

В словах Молотова звучала такая уверенность, сталь, непоколебимость и упрямство, что я безоговорочно поверила ему.

К тому же, сувениры сами себя не купят. Да и завтрак сам себя не съест. А мой желудок настойчиво и совершенно неожиданно для меня потребовал пропитания.

Сэм рассмеялся, расслышав громкое урчание в моем животе.

— Прости, — прищурила я один глаз, а ведь думала, что большего позора перед Молотовым ну просто не бывает, когда проснулась с диким похмельем час назад.

— Я бы и сам съел одну милую девушку, не сходя с места, — зашептал Самуил, убирая прядь волос за мое ухо.

Обещание в глазах Сэма было жарким, а крепкие руки тут же прокрались под мою блузку и огладили живот и ребра.

Я, кажется, даже не собиралась возражать. Что-то случилось со мной в эту ночь такое, от чего я не могла противиться притяжению и остро реагировала на Самуила и его присутствие рядом. Более того, мне катастрофически не хватало одних лишь разговоров. Словно моя женская сущность, крепко спавшая до вчерашнего дня, взбесилась и понеслась во все тяжкие.

— Завтра и сувениры, — будто напоминая не только мне, но и себе, заявил Самуил. А потом настойчиво утянул из номера, крепка перехватив мою ладонь и переплетя наши пальцы.

А я была рада быть рядом с этом мужчиной, от которого все так же веяло опасностью, силой, властью так сильно, что перед ним лебезили все служащие отеля, включая администратора, официантов и парковщиков. Кажется, даже шеф-повар вышел в зал, чтобы пообщаться с господином Молотовым и поинтересоваться, понравился ли завтрак ему и его спутнице, мне то есть.

Но во мне Сэм не вызывал страха, или желания угодить. Я смотрела на мужчину, который сидел напротив и пил крепкий кофе, и понимала: мне нравится быть его женщиной. Более того, никогда я не смогу подпустить к себе другого мужчину. И никогда не пожалею о своей связи с Сэмом, пусть даже наши с ним отношения продляться всего неделю, а после меня ждет карьера и одиночество. Возможно, вернувшись домой, я заведу собачку, мохнатую и милую, о которой мечтала целую кучу лет, но не решалась завести. А вот мужчину не заведу.