Живу тобой

Иногда я действительно начинала думать, что все это случилось не со мной. Какая-то другая девушка летела на шикарном частном самолете через океан. А я, Тина Вершинская, спокойно работала в ""Вершине"".

И только изредка я позволяла себе жалость. Ночами, когда оставалась наедине с тишиной и рубашкой Самуила, которую он забыл в номере отеля, а Вера сунула в мой чемодан вместе со всеми вещами. Это время принадлежало мне одной. Я перебирала в памяти каждую минуту тех событий. А фразы из записки всплывали перед мысленным взором.

— Почти три месяца, Молотов, почти три! — шептала я, пряча лицо в подушку.

Но легче не становилось. По крайней мере, до рассвета.

А утром я бежала в офис, на работу, под чутким присмотром Никиты.

Верочка устроилась моим личным секретарем. С Анютой они очень крепко сдружились. Оказывается, мне, как и гендиректору ""Вершины"" по штату полагался личный помощник. Даже если и не полагался, а отец все равно нанял Верочку. И все были счастливы.

Все, кроме меня.

Но я старательно делала вид, что осталась прежней, что три месяца — это всего лишь дни на календаре. И меня интересует только работа.

Но однажды все разрушилось.

Кто-то из репортеров отыскал фотографии, на которых были мы с Сэмом. Поднялась шумиха, потянулись сплетни. Еще бы, такой материал! Дочь преуспевающего бизнесмена и крупный опальный торговец драгоценностями. Это ведь какие статьи можно написать и заработать на них! Интерес прессы подпитывали мелкие подробности, которые всплывали яркими пятнами и подпитывали слухи."

"Вся ""Вершина"" гудела. Пришлось усиливать охрану. Репортеры стремились урвать от меня кусок. И все задавали одни и те же вопросы: Почему арестовали Молотова? Когда будет суд? Правда ли, что большая часть ювелирных изделий, попадавших на прилавки магазинов Молотова, добыты нелегальным путем? Как долго у нас с Сэмом связь? И прочее, прочее, прочее….

Словом, все вопросы так или иначе касались ареста и личности Самуила. А я терпела, потому что сделать ничего не могла. И пусть Никита не покидал меня ни на минуту, а все равно моему телохранителю приходилось туго. Верочка временно поселилась у меня в квартире. Потому что и Ник ночевал здесь же. Не мог оставить меня без присмотра. А с Верой мне было веселее.

Отдушиной во всем этом сумасшествии стали для меня телефонные разговоры. С братом. Со Львом. С родителями.

Я и раньше весьма тесно и тепло общалась с родственниками. А сейчас поддержка родных, а особенно брата-близнеца была весьма кстати.

И да, журналисты настолько сильно прессовали меня, что пришлось на время безвылазно обосноваться дома. Я уже перестала выбираться на улицу, только бы не наткнуться на злобных и изворотливых папарацци.

Пока однажды не позвонил консьерж и не сообщил, что ко мне явился визитер.