Жизнь после жизни
Разбитое зеркальце на груди, сережка, вырванная из уха — своеобразная «визитная карточка» убийцы. Кто убил этих двух почтенных женщин — маньяк, одержимый мрачноватыми легендами рода Вяземских, или его изощренный имитатор? Все версии неизменно заходят в тупик. Бизнесмен, чьи начинания в связи с этими преступлениями находятся под угрозой, решил прибегнуть к помощи частного детектива. Так Анастасия Каменская оказалась в провинциальном Томилине. Да-да, полковник милиции в отставке Каменская теперь работает в частном детективном агентстве, и это расследование — ее дебют на данном поприще. Теперь за ее спиной нет могущественного и влиятельного ведомства, и это как-то непривычно. Но от Насти по-прежнему требуется ее умение разговаривать и слушать, систематизировать факты, интуитивно — а это есть вершина ее «сыскного таланта» — выбирать верное направление поисков. Словом, открывать все двери, которые встречаются на ее пути. Ведь за одной из них находится истина. Она-то неподвластна никаким переменам.
И в конце концов, если уж по большому счету, то из-за чего ей дуться на Дмитрия?
* * *С первых же минут Настя поняла, что Федулов обожает свой дом и гордится им. Она с трудом удерживалась от улыбки, разглядывая чудовищное, на ее взгляд, красное строение с желтыми, наличниками и совершенно дурацким петушком на коньке синей крыши. Весь коттеджный поселок был хорошо освещен множеством фонарей, да еще Федулов установил дополнительную подсветку на своем участке, так что даже зимним вечером все пиршество красок было отлично видно. Однако как воспитанный гость Настя молчала и только кивала, изредка вставляя: «здорово» или «очень красиво». Внутри, правда, жилище Дмитрия Федулова оказалось более сдержанным и вполне практичным.
— Какое счастье, что у Мити такой большой дом и мы все в нем помещаемся, — открыто радовалась мать Федулова Зоя Михайловна. — У вас в Москве, наверное, дом получше нашего?
— Да что вы, — рассмеялась Настя, — мы с мужем живем в однокомнатной квартире.
— И правда, — вдруг спохватилась Зоя Михайловна, — что это я? Митя же сказал, что вы его коллега, тоже из милиции. А на милицейскую зарплату разве такой дом купишь?
И в самом деле, подумала Настя, на милицейскую зарплату такой дом совершенно точно не купишь. А жена у Федулова, как он сам говорил, не работает, с детьми сидит. Так откуда же деньги?
Зоя Михайловна словно услышала Настин вопрос и продолжила:
— И Митенька никогда ничего не купил бы, а в очередь на жилье у нас теперь не ставят, потому что не строят ничего. Так и прозябали бы в двухкомнатной живопырке. Хорошо, что у Митеньки есть такие верные друзья, которые дали денег в долг и готовы ждать, пока Митя отдаст. Он ведь хотел сразу отдать, собирался машину продавать, а машину бандиты сожгли. Спасибо друзьям, вошли в положение и с возвратом долга не торопят.
Да, насчет сожженной машины ей говорил Старков. Надо же, как не повезло парню: еще бы день-два — и продал бы машину, расплатился за дом и не имел бы долгов. А теперь эта сумма висит на нем тяжким бременем. Вот бедолага! Впрочем, чужие денежные дела Настю не особо интересовали. И семья Федулова ее не интересовала, и его дом, она приехала сюда только ради того, чтобы снять напряжение в их отношениях."
"Сели за стол, жена Федулова, Светлана, прехорошенькая упругая пышечка, усадила рядом с собой старших девочек Вареньку и Ксюшу, а младшего Ванечку держала на коленях. Вышел Вадим Александрович, отец Димы, занял место рядом с Настей, а во главе стола уселся Дмитрий. Ну что ж, оно и понятно, он глава семьи и хозяин дома, который все здесь решает и на чьи доходы все живут, если не считать пенсий его родителей. И какими бы смешными эти доходы ни были, дом-то он купил. Значит, хозяин.